Оглянувшись, я поняла, что это была не стрела. Мужчина был пронзён серебряным копьём в живот. Он держался за него обеими руками — то ли пытался вытащить, то ли просто инстинктивно схватился — и бормотал что-то невнятное, пока кровь текла по его подбородку.
На мгновение он напомнил мне мать в моём последнем сне, и у меня скрутило живот.
Первая фигура, появившаяся из дыма, заставила меня напрячься. Неизвестный мне Дикий Охотник направлялся ко мне уверенным шагом, осматривая окрестности безучастными глазами. Он пнул мужчину, умершего от стрелы, а затем посмотрел на меня.
— С вами всё в порядке, миледи?
— Думаю, да. — Может, мне стоит заплакать? Плумерия к этому моменту уже бы упала в обморок. — Я не понимаю, что произошло.
— Несомненно, трагичный случай.
Этот голос… Моё сердце, уже потрясённое случившимся, замерло. Я бы никогда не забыла этот голос. И то, как его обладатель хотел убить нас с сестрой, наслаждаясь каждым моментом.
Принц Бран будто бы явился из снов. Если бы я ничего о нём не знала, его красота лишила бы меня возможности действовать. Его белоснежные волосы были идеально уложены, а кожа напоминала мраморные статуи на площади Реймс. В его чертах было такое совершенство, что оно казалось пугающим — глаза слишком овальные, губы слишком полные, челюсть слишком точёная. Единственным изъяном был странный шрам на его скуле.
Он был одет по-королевски: чёрные ботфорты, белые штаны, красный бархатный жилет и такого же цвета камзол. Пуговицы и эполеты на его плечах были из золота, а бахрома колыхалась в такт его изящной походке. На бедре висел меч.
Принц безразлично взглянул на упавшего мужчину и лужу крови вокруг него. Охотник быстро отступил по его указанию, и я поняла, что он состоит в отряде младшего принца и служит ему. Принц осмотрел меня, лежащую на земле с мечом в руках, и мужчину, который чудом оставался жив.
В прошлый раз, когда мы были в подобной ситуации, он обещал мне всевозможные страдания.
Принц элегантно протянул мне свою ладонь.
— Встаньте, моя дорогая леди. Люди нашего круга не должны находиться среди таких негодяев.
Я выпустила меч и приняла его руку. Любое дрожание или странное движение можно было списать на только что пережитое нападение, а не на присутствие передо мной принца, виновного в том, что моя сестра оказалась в когтях Морриган. Я услышала взволнованный шёпот, доносившийся из кареты за моей спиной.
— Благодарю вас, ваше высочество, — ответила я, хотя тот уже снова перевёл своё внимание на умирающего.
— Не стоит благодарности, парад был невероятно скучным. — Затем он повернул голову, чтобы крикнуть через плечо: — Правда, брат?
Мужчина был высок, гораздо крупнее, чем я могла себе представить, и…
Когда я подняла глаза к его лицу, всё вокруг на мгновение остановилось. Это было похоже на то, как если бы ось, на которой держался весь мир, сломалась, и небо с землёй зашатались. Или произошёл ещё один взрыв? Может, я всё ещё не пришла в себя после первого. Может, на самом деле меня ударили по голове, и я лежу в карете, видя сумасшедшие сны.
Потому что мужчиной, который приближался ко мне, одетый как наследный принц Гибернии, был Мэддокс.
Глава 30
Из запрещённой книги «Эпоха богинь»
— Скучным я бы это не назвал, если честно.
Я сосредоточилась на дыхании.
Держа руку принца Брана и глядя в глаза Мэддоксу — нет, принцу Сетанте, — я думала только о том, что надо продолжать дышать.
Я решила, что сейчас не время для чего-либо другого.
Ни для попыток понять, что происходит.
Ни для поисков объяснения в глазах Гвен.
Ни тем более для того, чтобы потребовать объяснений у него самого.
Я сосредоточилась на тьме, обвившей мои ноги, и на выживании. Как я делала всегда.
Наследный принц держался так, будто родился для этих нарядов, а не для униформы Диких Охотников. Хотя, о чём это я? Так и есть. В отличие от Брана, он носил тонкую золотую диадему с замысловатым узором, выделявшуюся на фоне его чёрных волос. Видя обоих братьев вместе, я вспомнила, что о них говорили. Если Бран был изящным и почти эфемерно красивым, то его старший брат отличался развитой мускулатурой и грубой, тёмной привлекательностью.
Брана называли Серебряноволосым.
А Сетанту — Потрошителем. Из-за его оружия.
Гвен вынула копьё из умирающего, и тот упал на бок. Затем она вернула его своему капитану, который безэмоционально осматривал сцену.
