Естественно, намекая на вчерашний разврат. Точнее, закончился он уже сегодня. И в нём оба удовлетворяли свои… скажем мягко, девиации. Энтони, это который «малыш», реализовывал, похоже, эдипов комплекс. А леди Алисе явно нравилось, очень нравилось доминировать над милым мальчиком.
Энтони встал в стойку. И на это удивлённо подняла брови Алиса.
— Интересно, — произнесла она. — Это в Бурсе вот так учат?
— Это моя наработка, — ответил Энтони.
Здесь стойка для рукопашки походила на боксёрскую стойку века девятнадцатого. Просто руки перед собой, при этом ладонями наружу полуразвёрнуты. А Энтони сейчас встал в классическую стойку для рукопашной. Левая рука чуть вперёд, корпус по диагонали к противнику, локоть правой руки прикрывает бок.
Алиса не заставила ждать. Сразу же проверила прямым. И замерла, когда её подбородка коснулся кулак, после встречного удара.
— Не надо расслабляться, — ехидно произнёс Энтони. — Я слаб, но не новичок.
Девушка хмыкнула. Она отшагнула назад.
«Хм», — а вот Энтони в этот момент ощутил…
Отклик? Как будто применил Бодрость. От усталости за один миг ничего не осталось.
Алиса, с серьёзным лицом, пошла в атаку. Да, сейчас она уже собранная… А Энтони сработал на автомате. Увидел брешь — бей. Это вбивают на уровне безусловного рефлекса. Вот он и…
— Ты это… — парень нахмурился.
А девушка тёрла бедро. Честное слово, само! Не хотел он! Но так удобно это самое бедро маячило! Нога сама пошла.
— Ещё! — бросила Алиса.
Теперь её стойка стала совсем серьёзной. Девушка чуть пригнулась. А Энтони… Поймал что-то типа куража. Вообще никакой усталости, только предвкушение.
Алиса устремилась вперёд. И выдала град точных, коротких и сильных ударов.
— Нихрена себе! — возглас со стороны остальных.
Алиса же, оказавшись на земле, удивлённо хлопала глазами. Потом покосилась на кулак Энтони, который остановился в сантиметре от её груди. То есть, если бы парень не притормозил… То сейчас могли бы треснуть рёбра. Или того хуже.
— А как это? — недоумённо выдала девушка.
Только что она теснила Энтони… А потом раз… Алиса рефлекторно подвигала челюстью. Удар пришёлся именно туда. Причём, непонятно с какой стороны. В глазах сверкнуло, а потом она уже летит назад и оказалась на земле.
— Эй, Энтони! А что это ты сделал? — естественно, заинтересовался Карвер.
— Сейчас покажу, — Энтони распрямился и подал Алисе руку. — Леди. Вы не окажите мне честь, выступив партнёром? Взамен я вам лично покажу, что я только что проделал.
Алиса мгновение смотрела на улыбающегося парня. А потом схватилась за руку. Кстати, «окажите честь». Так говорят мужчинам. Снова намёк на известные обстоятельства вчерашнего мероприятия.
— Ну, показывай, — сощурилась девушка, утвердившись вертикально. — Что ты ЕЩЁ умеешь…
…А показывал Энтони обыкновенный бросок через бедро. Народ был крепкий, шустрый, боевой. Усвоили буквально влёт. И через час, забыв, кстати, про тренировку на болванках, увлечённо друг друга кидали.
— Позвольте поинтересоваться, — к Энтони подошёл капитан Хаунд. — Мне показалось, что ваша… скажем так, техника, больше ориентирована против людей. Это так?
— Я вам больше скажу, инструктор, — ответил парень. — Только против людей. Но я не буду показывать то, что направлено на убийство. Думаю, офицерам колониальных войск — это будет лишнее знание.
— Да, благодарю, — произнёс Хаунд. — Это для столь молодых людей, действительно, было бы больше помехой, чем подспорьем. Но могу я попросить о приватных уроках? Мне крайне любопытно, что же такого изобрели в деле лишения жизни себе подобных.
— С вашим опытом, инструктор, — заметил Энтони. — Вы, полагаю, изучите это очень быстро. Там нет никаких сложных ударов и связок. Всё направлено на применение максимума физической силы за короткий промежуток времени. Думаю, когда мои… коллеги занимаются теорией, мы могли бы пробежаться по этому.
— Хорошо, — кивнул капитан.
— И было бы неплохо, — заметил Энтони. — Если бы вы с собой захватили макеты огнестрельного оружия.
Хаунд поднял брови.
— Рукопашный бой предназначен, в первую очередь, для людей с таким оружием в руках, — пояснил Энтони.
— Вот как? — с явным любопытством спросил капитан. — Признаю, вам удалось меня заинтриговать!
Итак, что же произошло? Это был определённо
