— Я терпеть не могу соплей, — произнесла девушка и пояснила. — После. Но с моим… вкусом, это постоянный спутник. А вот ты явно не побежишь за кораблём. Да? У тебя здесь-то, в Ариане, сколько девок?
Энтони приподнял брови.
— Да можешь не отвечать, — ухмыльнулась девушка. — Я сама видела.
Алиса покосилась за спину.
— Ну, ты и озабоченный, — произнесла она, увидев, что это там ей упирается в мягкое место.
— Только давай без моралей, у всех свои особенности, — иронично откликнулся Энтони. — Ты вот, собираешься… Оставить меня безутешно горевать!
— Ой, ты-то и горевать? — фыркнула Алиса, привстав.
А потом плавно села, прикрыв при этом глаза.
— Сколько? — слегка напряжённым голосом произнесла она. — Горевать? Минут… пять?
«Что-то мы разболтались» — Энтони протянул руку, дабы ускорить процесс.
Удобство позы «дама сверху» в том, что руки мужчины свободны. И можно их задействовать для дополнительной стимуляции. На это Алиса часто задышала и начала двигаться…
… Не надо недооценивать сны. Для мага — это может быть интерфейсом настройки. Так как это не сон, а выдача подсознанием запроса на действия, которые в бодрствовании сделать нельзя.
Максим огляделся. Он стоял посреди какого-то тёмного зала. Похоже, в богатом доме. Высокие окна от пола до потолка. И серебристый свет падает через них, слегка разгоняя темноту.
Шаги. Кто-то идёт из другого конца зала. Энтони повернулся в ту сторону. Шаги приближались. Вот на свету появились ноги, обутые в лаковые чёрные туфли с серебряными пряжками.
Лицо… Такое же, как Максим теперь видит каждый день в зеркале. Но почему-то у клона волосы белые. А, ну да, одежда как у Люциуса Малфоя. Чёрные брюки, чёрный приталенный длиннополый пиджак. Разумеется, такого же цвета жилетка. И ослепительно белоснежная рубашка, воротник которой подпирает чёрная лента, скрепленная серебряной брошью. И, разумеется, трость. С серебряным набалдашником в виде головы змеи.
Остановившись, Энтони-Малфой поставил перед собой трость, возложил на неё кисти в чёрных перчатках. И, вскинув подбородок, уставился на Максима.
«А хороший прикид. Надо запомнить».
Перчатки, пожалуй, будет лишнее. А вот всё остальное неплохо, неплохо…
— Почему ты? — нарушил тишину Энтони-Малфой.
Энтони-Максим хмыкнул.
— Образ ты взял, — ответил он. — А вот правила вежливости куда-то испарились. Ты разговариваешь с аристократом и магом. Изволь соблюдать этикет.
Энтони-Малфой ещё больше задрал подбородок.
— Ты не аристократ, — процедил он. — Это я аристократ.
— Забавно, что моё же подсознание пытается быть самостоятельным, — с интересом произнёс Максим. — Видимо, во избежание раздвоения личности, ты забрал когнитивные проблемы слияния. Ну, тоже способ.
Энтони-Малфой молчал, так и стоя в позе «гордыня».
— Почему ты главный? — снова прозвучал вопрос в серебристом полумраке.
— Это очевидно, — ответил Максим. — Я сильнее.
— Чем?
— Всем. Если бы это было иначе, мы бы сейчас разговаривали ровно в противоположных позициях.
Беловолосый покатал желваки.
— Возможно, ты сейчас сильнее…
— Всегда, — прервал его Максим. — Не питай иллюзий. Это лишь вопрос времени, когда я полностью возьму под контроль второй археум. Ты сюда пришёл ровно потому, что это и происходит.
— Но ещё не произошло!
А Максим задумался. Какой был вообще смысл в том, чтобы формировать второе я? И нет, это не оригинальный Энтони. Это некий сгусток, собрание тех черт, которые он, Максим, просто бы не принял.
Но образ вот, стоит перед ним. Значит, в этом есть надобность.
«Физический предел? Слишком много магии для тела?»
— Я мог бы тебя убить прямо сейчас, — заговорил Максим. — И на этом бы закончился процесс передачи контроля. Но…
Блондин скривился.
— О, да, — процедил он. — Убивать ты умеешь. Интересно, ты хоть помнишь, сколько крови у тебя на руках? Скольких людей ты убил?
— Ты хочешь проверить, всё ли в порядке с моей памятью? — с лёгкой иронией поинтересовался Максим. — Благодарю за заботу. А теперь к делу.
Он сам подошёл к Энтони-Малфою. А тот, стиснув зубы, смотрел на подходящего Максима.
— У меня есть два резона оставить тебя в живых, — заговорил тот, остановившись в шаге. — Первый. У меня есть подозрение, что приняв весь археум, можно или смертельно повредить тело, или, как минимум, серьёзно покалечить. У тебя есть доступ к моей памяти. Потом посмотри про Беллама Галло. На этом основании я сделал такой вывод. Второй резон…
— Я не желаю…
Сверкнув на свету пряжками туфель, тело улетело к стене.
— И зачем было проверять? — спокойно поинтересовался Максим, опуская руку. — Впрочем, что я хотел от… подростка.
Он развернулся, подошёл к лежащему на полу Энтони-Малфою. Тот, с испуганным лицом, держа ладонь на пострадавшей щеке, глядел на Максима.
Подойдя, Максим предложил руку.
— Ну? — спросил он. — Будем жить дружно? Или необходимо установить жёсткие правила иерархии? Мне бы не хотелось, так снизится эффективность.
Беловолосый Энтони несколько мгновений смотрел на стоящего над ним Максима. А потом подал руку.
— Заметь, — произнёс Максим, подняв собеседника. — Если бы я имел желание именно подчинить, то не бил бы.
