Я тихо подошел к шкафу, обводя стволом пистолета помещение. Шмель снова сместился, встал на колено, держа автомат у плеча. Я подкрался к шкафу, рывком открыл дверь, ткнул в лицо сидящему там испуганному мужичку пистолетом и заорал, как припадочный: «Лег! Лег, сука! Мордой в пол!», схватил его за шиворот, подставив ногу, повалил на пол, поставил подошву ботинка между лопаток и направил на него пистолет.
– Где второй? Сколько вас? Сколько, на хрен? – продолжал орать я, намеренно нагоняя на него страху.
– Двое, двое! – заголосил вконец перепуганный мужик.
– Оружие есть?
– В машине оставили!
– Тань, как слышишь? – запросил я радио.
– Хорошо слышу, – отозвался наушник.
– Загляни в «шестерку», там оружие есть?
– Момент.
Через несколько секунд в наушнике снова раздался Татьянин голос:
– Двустволка лежит.
– Спасибо.
Я спросил у мужика, уже тише, даже со смехом:
– Слушай, а как же вы ружжо-то в машине забыли?
– Мешает, – чуть не заплакал тот.
– Мм… А я тебе здесь не мешаю? – полюбопытствовал я, чуть придавив ногой.
– Не… – проблеяла моя жертва.
– Ага. Тогда я пока тут постою, не возражаешь? – спросил я. – Пока другу твоему прятаться не охренеет и он не вылезет. Может, позовешь?
Мужик сопел и молчал, друга выдавать не желал. Я вздохнул, сказал:
– Слушай, вас ни бить, ни убивать никто не будет. – Тут я еще чуть-чуть придавил его подошвой. – Просто валите отсюда, пока мы делом заняты. Зови своего кореша и проваливай. Через час вернетесь и заберете, что мы не вывезем. Все. А если вынудишь нас его искать, то оба огребете до детского голоса. Прямо по морде, без пощады.
– А что вы не вывезете? – неожиданно спросил он.
Вот, блин, практичная душа. Тут думать надо о том, чтобы в расход не вывели, а он снова об имуществе.
– Зови друга, потом обсудим, ушлепок! – снова надавил на голос я.
– Он в последней яме спрятался, – сказал мужик.
Шмель услышал, кивнул и через минуту привел за шиворот второго. Такого же примерно возраста, как и первый, лет сорок с небольшим, мелкого, с усами и тоже в синей спецовке. Я взял свою жертву за шиворот, поднял. Мы отогнали мужиков к стенке, обшмонали. Ничего, ну а раз ничего, то можно и поговорить. Я снова связался с Лехой и приказал им подтягиваться ближе к воротам, занять позицию для того, чтобы нас прикрыть. Затем вызвал в бокс Татьяну.
– Теперь колитесь, орлы, зачем пришли? – спросил я их, после того как мы отогнали их в дальний угол, где они точно ничем помешать не смогут.
– За машинами, – вздохнул один из них, который без усов.
– За машинами – это хорошо, – кивнул я. – Тут все за машинами. А куда на машинах ехать собирались? Если не секрет, конечно?
Вопрос был на самом деле не праздный, мне действительно было интересно, что думают люди о происходящем и что планируют делать?
– Отсюда подальше, – сказал усатый.
– Сколько вас едет?
– Ну… – явно удивился вопросу усатый. – Ну жена, теща, дочка. И вот с ним жена и трое детей.
Он показал на безусого пленника.
– Ты из Москвы или из области? – поинтересовался я, убирая пистолет в кобуру в знак миролюбивых намерений.
– Тутошний. Работаю в Москве. Только большого ума не надо, чтобы понять, что бечь отсюда пора.
– Бечь, говоришь? – Мне понравилось слово. – Бечь надо, это верно. Куда?
– В Псковскую область, к моему брату. В деревню, – ответил усатый.
Ага. Правильный подход. Чем глуше деревня, тем безопасней. Зомби нужен стимул, чтобы куда-то брести. Опять же рыбалка, огород. Выжить можно. И зиму перезимовать. Вряд ли к зиме в Москве останется центральное отопление, равно как и в иных городах. А в деревянной избе, да с печью, да с запасом дров, можно жить припеваючи. Правильно мужики решили.
В ангар забежала Татьяна, я позвал ее, но никаких «агрессивных» приказов вроде «охраняй их» отдавать не стал. Эти нам одновременно и не противники, и не враги.
– Кем работаете? – снова спросил я у мужичков.
– В автохозяйстве, слесарями, – уже с большей готовностью отрапортовал усатый, видя нашу миролюбивость.
– Угу, – кивнул я. – Что за хозяйство? И чего оттуда ничего не прихватили?
– Да коммунальное, автобусы, – махнул тот рукой. – Взять-то можно, но на ЛиАЗе далеко ли уедешь?
– Ладно, – кивнул я. – Сколько вам машин надо, говорите?
– Две! – уже с надеждой на самый лучший исход сказал безусый. – Больше нам без надобности, на две семьи.
– Кто четвертый УАЗ угнал, а? – вдруг грозно спросил Шмель.
Он, как и я, уже считал эти самые УАЗы своими, а тут на тебе…
– Мы не брали! – наперебой замотали головами мужики. – Мы без понятия!
– Ладно, возьмете «Ниву». Вот эту… – сказал Шмель, стукнув по капоту собственной машины, – и…
Не, УАЗ я им не дам, это без вариантов. Какие бы симпатичные мужики передо мной ни стояли. Пусть только попробует, Шмелина мордатая…
– … и «техничку» берите, с ней все в норме, только заднего сиденья нет, – закончил Шмель.
Точно! А я и не сообразил. А недостающее сиденье вон пусть от своей «шестерки» прилепят, как сумеют. Очень даже замечательно.
– Слышали? – спросил я.
– А то!
