Эпоха мертвых полностью

— Вот и хорошо, — Эл подошёл к ларцу и достал из него увесистый кошель. — Это тебе за преданную службу, — добавил он, отдавая его повару. — Надеюсь, в чём она заключается, объяснять не нужно?

— Нет, господин, об этом будем знать только вы и я. Даже мои помощники останутся в неведении.

— Ступай, — сказал Эл. — Уверен, ты ещё не раз будешь вознаграждён за преданность.

— Благодарю, мой герцог! — повар поспешно поклонился и выскользнул за дверь.

Увесистый мешок оттягивал карман, а бэнты жгли грудь даже через одежду. В голове крутилась последняя фраза хозяина. Меньше всего повару хотелось вновь оказывать ему «услугу» подобного рода — даже несмотря на щедрость герцога. Толстяк перевёл дух и помчался на кухню, чтобы исполнить волю страшного человека, которого боги определили ему в хозяева.

Гости сидели за длинным дубовым столом, ломившимся от всевозможных яств.

Многочисленные повара, составлявшие кухонный штат и занимавшиеся иными, нежели их непосредственный шеф, закусками, стремились разнообразить блюда, подаваемые на стол, и потому приготовляли кушанья таким образом, что они приобретали необычайный вид. Порой им удавалось довести даже обыкновенные припасы до степени полной неузнаваемости, в результате чего на столе оказались фантастические животные, напоминавшие одновременно лебедей, фазанов, куропаток, голубей и прочую живность, обыкновенно подаваемую в состоятельных домах Малдонии.

Пир увенчивался наилучшими винами, как иностранными, так и местными, особенной же популярностью среди дам пользовалось лёгкое золотистое, изготовляемое по заказу самого Эла. Его можно было выпить много, но захмелеть лишь слегка — что особенно ценилось при длительном застолье.

Вельможи, привыкшие к роскоши, были довольно умеренны в пище и питье, отдавая предпочтение изысканности, а не количеству съеденного. Однако принц Мархак имел в этом отношении, как и его отец, склонность к излишествам. Он сидел во главе стола, мрачный и молчаливый, время от времени бросая подозрительные взгляды на расположившегося по правую от него руку Эла.

Герцог был одет в тёмно-синий костюм, под которым виднелась белоснежная, тонкого полотна, рубаха. Мархак недовольно нахмурился, заметив, что даже теперь полководец не расстался ни с мечом, ни с револьвером. Можно было подумать, будто он ежесекундно опасается покушения. Принц уже открыл было рот, чтобы язвительно поинтересоваться, чью руку хозяин дома подозревает в коварном умысле, но почему-то передумал.

Справа от него сидели двое вельмож, обсуждавших комету, которая должна была скоро появиться в небе. Один из них, молодой герцог Каллиширский, троюродный брат принца, энергично жестикулируя, говорил своему собеседнику, толстому и неповоротливому барону Гамму:

— Нет, милый Дейст, я собираюсь провести это время с максимальным для себя удовольствием. Конечно, я не верю в мрачные предсказания, которыми пичкают нас астрологи, но на всякий случай следует устроить себе праздник. Чтобы не обидно было умирать, — он весело усмехнулся.

— Фу, какие вещи ты говоришь! — барон поморщился. — Разумеется, ни о каком конце света не может быть и речи. Но всё равно, не стоит с этим шутить. Боги порой бывают капризны, а судьба изменчива.

— Не думаешь ли ты, что мои шутки способны повлиять на решение высших сил? Это было бы слишком лестно для меня, дорогой Дейст! — герцог Каллиширский громко расхохотался.

— Значит, ты полагаешь, что те, кто отправляются в храмы для молитвы или же становятся паломниками, напрасно растрачивают оставшееся время? — поинтересовался барон, наливая себе вина. — И будь комета на самом деле предвестником несчастий, следовало бы провести его в наслаждениях и веселье?

— Именно так! — подтвердил молодой герцог. — И не далее как вчера, во время моего посещения одного прелестного публичного дома я заметил, что число посетителей намного возросло. На мой вопрос хозяйка ответила, что это продолжается уже три дня, и она ожидает прибавления гостей. Так что, как видишь, не один я так считаю, но и многие другие проводят время с пользой. А как поступил бы ты, Дейст, если бы верил в то, что комета принесёт нам конец света?

— Я бы проводил дни в молитвах и просил богов пощадить меня.

Герцог рассмеялся.

— И ты полагаешь, что они спасли бы тебя? Одного?

— Конечно, нет. Но я бы чувствовал, что делаю всё, что в моих силах.

— Ты просто лицемер! — воскликнул молодой герцог с притворным возмущением. — Давно ли ты был в храме?

Барон нехотя пожал плечами.

— Между прочим, — заявил герцог, — кое-кто считает, что несчастья в первую очередь коснутся городов, особенно Ялгаада. Дескать, он — колыбель грехов и скверны. Вчера я видел несколько повозок, нагруженных домашним скарбом, направлявшихся из города.

— Неужели? — барон поднял брови. — Интересно, на что рассчитывают паникёры. За стенами их ждут дикие животные и банды беззаконников. Надеюсь, нашим слугам не придёт в голову сбежать.

— Едва ли, — рассмеялся герцог. — Они уже давно отвыкли от жизни вне роскошных домов и дворцов. Боюсь, снаружи смерть настигнет их раньше, чем от кометы.