— Кто меня поимеет во время брачного спора, тому достанусь я и весь Лавалар, — расплылась в улыбке демонесса. — Точнее я стану наложницей того демона, который меня одолеет, а Лавалар станет принадлежат манору моего супруга. Так что, как ты теперь понимаешь, охочих стать богаче и влиятельнее слишком много. Само собой, архидемоны в таком не участвуют, но вот их Верховные порядком достали.
— На тебя нападают? — перешел я к сути.
— Нападают, преследуют, угрожают, бросают вызовы на дуэли мне и моим преторианцам, вызывают на групповые дуэли, — стала перечислять Искрида варианты, загибая пальчики. — И зачастую умирают именно мои стражи-преторианцы. Между прочим, Навия уже раз десять выходила вместо меня на дуэль. Причем пару разу мне пришлось сражаться самой.
— Одиннадцать раз, моя госпожа, — мягко поправила правительницу волчица.
— Даже одиннадцать!
— Сколько длятся брачные споры?
— Полтора года, — вместо хозяйки ответила Навия. — Госпожа продержалась почти год. Осталось около семи месяцев.
Слова Альяны звучали более чем здраво. С сердцем Опустошителя, да и много еще чем необходимо разобраться как можно лучше.
— Честно сказать ты появился как нельзя вовремя, Пустой, — с потаённой радостью произнесла Искрида. — Если узнают, что мне служит деспот, то горячих голов поубавится в несколько раз. Стань моей тенью, Ваерс, стань моим призраком. Одолжи мне свою силу деспота. Ты же ведь сам говорил, что сможешь защитить меня не умирая. В награду получишь всё, что пожелаешь. Я могу дать тебе слово.
— Ты можешь пообещать, что я встречусь с Атаразом и Кетаром?
— О-о-о-о! Поверь, ты сможешь встретиться не только с Атаразом и Кетаром, но и много с кем еще, — интригующе произнесла Искрида. — Желающих запрыгнуть в койку и раздвинуть мне ноги будет хоть отбавляй. Ну а после того как брачные споры закончатся ты будешь свободен и богат. К тому ты сказал, что желаешь «покинуть эту дыру», не так ли?
— К чему ты клонишь? — не понял я её.
— Раз в несколько месяцев на территории манора образуются естественные разломы, что ведут на Альбарру. Если такой появится, то ты о подобном узнаешь первым.
— Вы ими не пользуетесь? — усомнился я.
— Не равняй нас со всяким отребьем, деспот. Инферно велико и в нём нет единства! — возмутилась правительница Лавалара. — Разве Вечное Ристалище живёт в мире и процветании? Кто-то постоянно с кем-то враждует и проливает кровь, а кто-то с кем-то заключает пакты и союзы. В мире демонов всё аналогично. Да, моя мать поставляет оружие, доспехи и артефакты много кому, но мы чтим договор прошедшей войны. Наши легионеры не проливают кровь вашего народа. Все, кто хоть как-то вредит сейчас Вечному Ристалищу связаны с Аббадоном, Баалом, Астаротом и сучкой Синестрой. Мы же, наоборот, самолично закрываем любые разломы, что ведут на Альбарру.
Если честно, то имелось множество несостыковок, но сейчас стало на всё плевать. Нужно лишь стать сильнее. Сильнее настолько, чтобы ни одна тварь не посмела мне навредить.
— До конца брачного спора я стану твоим призраком и твоей тенью, Искрида Опаляющая, — глядя Верховной в глаза спокойно отчеканил я. — И уничтожу любого, кто захочет тебя присвоить.
— Ты сделал верный выбор, Ваерс Пустой! — расплылась в предвкушающей улыбке девушка, вскакивая резво на ноги. — Навия, распространи информацию о том, что отныне мне служит деспот-предатель. Я уже вижу рожи многих демонов, которые сгорают от желчи и зависти, — тихо смеясь и злорадствуя приказала инферийка.
— Я всё сделаю, моя госпожа.
— Верно ли я тебя понимаю, что ты остановился у Хтара? — вопросила Верховная.
