Слухов и молвы ходило слишком много. С каждым днём их количество, как и народное напряжение, неуклонно возрастало. Вот только кто бы мог представить, что истина таилась практически на поверхности и заключалась всего-навсего в главных демонических пороках: вечное удовлетворение, плотское вожделение, жажда власти и похоть с жадностью. Пока бесчисленное количество демонов ломали умы и пытались отыскать в поступках Искриды Опаляющей второе дно с очередной волной интриг, сама правительница Лавалара сбрасывала своё собственное напряжение самым низменным способом из доступных.
Впрочем, Навия всё равно не находила себе места. Прошло слишком много времени. Не говоря о слабой стойкости людей, у демонов тоже имелся свой предел выносливости, но по какой-то причине двери в покои Верховной Марагны не желали отворяться. Лишь одно Инферно могло ведать, что именно творится за тремя непреодолимыми барьерами, а вот верную телохранительницу пугала неизвестность. Непонятно, что можно ждать от деспота.
Зверородная прекрасно знала, что госпожа является весьма страстной натурой. Порой чересчур страстной. Для многих она представляется хитрой, стойкой, непоколебимой и неприступной правительницей Лавалара, но об истинной сущности гиары были осведомлены лишь единицы.
Тревожилась столь долгим отсутствием не только Навия, но и глава Пламенного ока. Как и волчица, пожилой анзуд находился на охране покоев госпожи. К тому же огромное количество неотложных дел правительницы легли на его плечи, а общение с любопытной знатью отнимало слишком много драгоценного времени.
Часы напролёт проходили в томительной тишине и безмолвии, однако всему есть свой предел.
— Что думаешь? — напряженно осведомился Вальгрон, глазами указывая на двустворчатые двери. — Нам нужно начинать волноваться? Четвёртые сутки как-никак. Мера же должна быть!
— Ты сам слышал Искриду. И ты знаешь её натуру не хуже меня, — нервно прикусила губу Навия, бросая аналогичный взгляд на резную поверхность главного входа в покои. — Пока она не добьётся своего ни за что не успокоится. Свалился же деспот на нашу голову! Выбрал самый неудобный момент. Госпожа слишком уязвима сейчас, — недовольно прошипела волчица. — Ненавижу людей!
— Нав, я начинаю сомневаться в том, что парень человек.
— О чем ты? — омрачилась телохранительница пуще прежнего.
— Хочешь сказать, что не видела нечто, что заменяет ему сердце? Не видела то, как он сражался? С каких это пор людские юнцы-деспоты способны на равных сражаться с Истинным Верховным? Он не просто подозрительный, от него ощутимо веет опасностью. Его способности напрягают даже меня. Когда Ваерс обращается призраком я абсолютно его не ощущаю. И этот странный припадок.
— Я прекрасно всё видела и слышала, Вальгрон, — холодно отчеканила зверородная. — Однако боюсь, это последнее, о чем мы должны размышлять. Менее более тревожит то, что творится в покоях и чем обернется эта ситуация. Если он посмел каким-либо образом навредить госпоже или же начнет болтать во время брачных споров об их близком времяпровождении, то…
Тут девушка резко осеклась, потому как пожилой Анзуд насмешливо фыркнул и закатил глаза.
— Тебе напомнить случай годовалой давности? Вспомни, как выглядел тот бедолага инкуб, что ей приглянулся? Да от него живого места не осталось после пары часов… «времяпровождения». Он не то что болтать, даже ходить толком не мог! Ты же в курсе на что способны демоны во время пиковой страсти, когда находятся в истинном обличии.
Данное заявление главы Пламенного Ока нечем было крыть. Вальгрон по всем фронтам оказался правым. Навия утвердительно, но заторможенно кивнула, а после бросив негодующий взор на двери, протяжно выдохнула.
— О, пламя Инферно, ну сколько можно? Неужели…
А дальше только за одну секунду времени произошло слишком много событий, которые заставили зверородную замолчать. Вначале пал первый защитный барьер, следом исчез второй, а под конец развеялся и третий.
Глаза волчицы малость расширились, и та рывком приблизилась к входу, чтобы ринуться в покои госпожи, но в последний момент рука Вальгрона мягко легла ей на плечо. Причем сделал это Верховный очень вовремя. Через мгновение двери немного открылись и в проёме показалось необычайно довольное, но смертельно бледное личико правительницы Лавалара с растрёпанными волосами.
Впрочем, не это изумило Навию. Её изумило то, что Искрида находилась в истинном обличии. Лиловый цвет кожи в действительности принял бледный оттенок, но стоило волчице опустить взгляд ниже, как та заприметила множественные кровоподтёки от чьих-то губ и пальцев на шее и выдающейся груди. Да и, судя по тому, что гиара скрывалась, она оказалась полностью обнаженной. Надо ли упоминать, что зверородная множество раз видела хозяйку голой, но тем не менее прямо сейчас та таилась от неё.
В мгновение ока Вальгрон сделал несколько шагов в сторону, чтобы видеть только часть лица госпожи и ничего лишнего, а всю беседу тот оставил целиком на свою ошеломлённую напарницу, не забыв перед этим поклониться.
— Моя госпожа, как вы…
