Не знаю почему, но за удаляющимися силуэтами двух Высших Инферно я наблюдал с какой-то печальной улыбкой. Глядя на этих юных и в какой-то мере наивных демонов, вырисовывался едкий диссонанс с теми Высшими Инферно, которые попадались на моём пути ранее, и которых приходилось убивать. По всей видимости Искрида оказалась права. Манор Пылающей Стали действительно держит нейтралитет и не особо стремится воевать не только с другими демонами, но и Альбаррой. К тому же я слышал, что из большой пятерки только двое владык отказываются воевать с Вечным Ристалищем. Первый по силе архидемон — Зархон Великий и четвертая по силе — Нахема Соблазнительница. Как бы то ни было, но трое против двоих такое себе противостояние. Однако если взять в учет Марагну, которая идёт шестой по силе, то возникает какой-никакой, но баланс. Хотя в сущности, демонический манор — это в какой-то мере целая империя со своими законами и правилами. Каждый преследует только свои цели и выгоду. Хрен там разберёт, кто и что задумал, а я сейчас слишком слаб чтобы как-то влиять на такие вещи.
— Холера! Мир демонов ни в чем не отличается от Альбарры, — вслух пробормотал я, неспешно шагая к арене и сигнализируя всем любопытным слугам и охране, чтобы вся их ватага скрылась прочь. — Разумных существ, как и всяческой падали, и там и тут вполне хватает.
От всех заинтересованных зевак, что ошивались вокруг арены вскоре и след простыл. Через минуту я находился в полнейшем одиночестве, стоя прямо посреди площадки. Целую минуту пребывал в некой задумчивости из-за случившегося ранее, да и ситуация с Рамасом выбивала из колеи. К тому же нынешнее положение напомнило и о других…
Парней я отправил в Аронтир чтобы те подготовили почву для моего прибытия, но я теперь вроде как мёртв для всех и неизвестно, что с ними случилось. Тэйн после моей гибели окажется в подвешенном состоянии. Про Дурёху вообще горько вспомнить, как и про наставника. Имания, скорее всего, рвёт и мечет. Зная тётку, она точно задумает кого-нибудь прикончить. Кайса и Сиана совсем не пойми что. Как одна, так и другая преследуют свои цели. Да и интересно было бы узнать, как там поживает дриада.
Впрочем, мысли о моих знакомствах совсем скоро сменились мыслями о врагах. И главной занозой в заднице являлся Лиярт Август. Вероятнее всего пространство по-прежнему заблокировано, но если эта гнилая костлявая падаль начнет болтать, то на Альбарру мне вообще лучше не возвращаться. Иерихон и Наказующие тоже еще та проблема, да и среди доминирующих домов Аххеса хватает недругов. Ко всему прочему восстановление спаты имеет очень важную, если не судьбоносную роль.
Как бы теперь не треснуть от переизбытка бед, потому как в Инферно тоже хватает отныне дел. Однако перед возвращением домой я просто обязан прикончить хотя бы еще одну мерзкую тварь. Боюсь, с Анширой сейчас не получится совладать. Я и Атараза одолел по счастливой случайности. Так или иначе, но потроха придётся надорвать, но кончить Кетара. Этот мудозвон ответит мне за Фьётру.
— Легко сказать, малышка, — буркнул вяло я, начиная медленно погружаться во внутренний мир. — Но зерно истины в твоих словах есть. Давай займёмся делами насущными. Времени мало.
Половину арены практически моментально заволокло густым мраком во избежание любопытных глаз, а сам я через секунду сознанием переместился во внутренний мир. Вот только стоило разлепить глаза, как пришлось выпадать в осадок.
—
Крошечный мирок кардинально преобразился. Неизменным остались только цепи и колонны. Знакомая серость исчезла и теперь повсюду властвовала полусумрачная ночь с очертаниями лесной поляны и с яркими черно-фиолетовыми звёздами в иллюзорном небе, а под ногами расцветали десятки, если не сотни тёмных орхидей. Где-то посреди всей иллюзии сияла тёмно-пурпурная луна в небе. Всё выглядело настолько чарующими и нереальным, что до луны и звёзд можно было дотянуться рукой.
— Вовсе… нет, — сбивчиво пробормотал я, со слабой улыбкой на губах. — Ты правильно посту…
Однако язык невольно застрял в горле, когда я натолкнулся взором на Альяну. Честно сказать, ранее она пребывала в полупрозрачном состоянии и мне очень редко удавалось рассмотреть её настоящий облик. Если не изменяет память я видел его только однажды, в момент первого знакомства. И то, что я лицезрел сейчас несказанно поразило.
