По какой-то причине шепот придал сил. Ведь я не только Опустошитель. Я еще и носитель глифа! Я наследник пятой династии. Я проклятый плод двух ненавистных для меня существ. Я Влад Верейский. Я Ранкар Хаззак. Я Ваерс Пустой. Я тот, кто я есть!
Руки слушались едва-едва, но вытянуть перед собой я их успел и оба клинка с пронзительным скрежетом вонзились в мраморный мол. Вонзились точно в моё отражение, а рядом с ухом я услышал голос Марагны. Каким-то неизвестным образом та стояла уже совсем рядом.
— Склонись, деспот, — прошептала насмешливо гиара, продолжая усиливать напор, а хруст костей и треск сухожилий можно было расслышать под сводами зала. — Либо преклони колено, либо умри…
— Уби… вай… Дело… твоё, — захлёбываясь собственной кровью, безэмоционально выдавил хрипло из себя, глядя на то, как по сантиметру обе спаты прорезают пол и углубляются куда-то вниз. — Назад… слова… не возьму… Я не… слуга… и… не раб…
До потери сознания и окончательной смерти оставались секунды. Имелось желание использовать новый оборонительный навык Руны или же попытаться обратиться к Пустоте, но вся соль заключалась в том, что облачение разорителя оказалось не тронуто. Марагна воздействовала, игнорируя любую защиту. Гиара подчиняла пространство, что окружало меня. Всё-таки архидемонов в какой-то мере можно сравнить с оберегами.
Колени и пол разделяли жалкие сантиметры, до полного поражения и гибели оставалось всего ничего, но именно в этот момент прямо перед лицом замаячило размытое лицо матери Искриды, и всё давление моментально исчезло.
Полностью окровавленный, переломанный и обессиленный я так и застыл в противоборствующем положении, стоя в луже собственной крови. Колени остановились в трёх или четырёх сантиметрах от точки поражения, а оба клинка более чем наполовину вонзились в многовековой мраморный пол.
— Молодец, мальчик, — удовлетворённо прошептала мне на ухо Марагна, вполне серьёзным тоном. — Именно такой разумный должен оберегать мою дочь. Ты доказал свою полезность и решимость. По всей видимости старые легенды не врали. Похоже, твои предки действительно смогли поставить на колени оберегов всего Вечного Ристалища. Не так ли, маленький носитель глифа?
Прокляни всё сущее, Ярвир!
Слова архидемона Пылающей Стали повергли в шок и всё мгновенно рухнуло куда-то вниз, но в нынешнем состоянии я был бесполезен и не мог толком сражаться. Тело едва держалось. Не думал, что сдохну именно так. Всё-таки надо было обращаться к Пустоте и третичному состоянию. И плевать, что бы из этого вышло.
Вот только смерть не явила себя. Перед глазами стояла кровавая муть, а слух внезапно услышал громкий голос матери Искриды.
— Смотрите внимательно, мои вассалы! Именно такие разумные должны защищать вашу будущую повелительницу! Именно по этой причине она стала столь сильна. Когда тебя окружают такие существа, то и мощь правителя растёт небывалыми темпами. Как и моя дочь, я знаю, что минимум треть из вас служит кому-то из большой пятерки, либо же другим владыкам Инферно. Знаю, что такова натура демонов — предавать и выживать, но кто посмеет пойти против…
Что именно будет с теми, кто пойдет против я так и не смог услышать. Сознание померкло, и я отключился в том положении, в каком и находился…
Радовало сейчас сразу два неопровержимых факта. Во-первых, я всё-таки остался жив, а во-вторых, по всей видимости в беспамятстве я провалялся не слишком долго, потому как в какой-то миг пребывания во тьме, слух уловил сразу два знакомых голоса. Причем малость поразило не только то, что один из них принадлежал Марагне, более удивляло, как беседовали женщины между собой. Честно сказать, я ожидал иного от могущественного архидемона.
— Мама, кто тебя просил вмешиваться? — недовольно пробурчала девушка, которая, судя по всему, нервно ходила из угла в угол. — Что ты там устроила? Да даже если бы Ваерс начал танцевать чечетку или исполнять стриптиз, из-за страха эта зажравшаяся знать ничего бы не разглядела. У нас был уговор с ним, и он его честно исполнял.
— Детка, тебе стоило научить его приветствию. Я архидемон как-никак! — выпалила ей мать, чуть ли не задыхаясь от наигранного возмущения. — Хотя бы для окружающих мог сделать уважительный вид. Твердолобый мальчишка!
— Вы вообще не должны были видеться, — не унималась молодая гиара. — Надеюсь, теперь ты убедилась в моей правоте и его решимости?
— Более чем убедилась, но появились новые обстоятельства, что ввели в замешательство, — загадочно изрекла женщина, которая, судя по звуку, неторопливо поцеживала вино из фужера.
— Обстоятельства? — с недоумением полюбопытствовала Искрида. — Какие еще обстоятельства?
— Нет, лучше помолчи. Об этом тебе пока рано знать.
— Мама, ты начинаешь меня пугать.
