Лишь к концу нашего полёта Рамасу удалось разузнать кое-что интересное. Оказывается, порядка семи или восьми месяцев назад в Ксанте началась настоящая борьба за власть. На трон правителя претендовали два наследника и две наследницы Данакта, в числе которых и состояла Кайса. Можно сказать, что в великом доме образовалась междоусобица, а тот или иной доминирующий дом поддерживал выгодного для себя кандидата.
Ну и именно в один из таких моментов я узнал о некой валькирии, что отныне находится в услужении у Хаззаков. Видит Сущее, я находился на седьмом небе от счастья, когда осознал, что Дурёха жива, но всё остальное неслабо так пошатнуло уверенность.
До последнего момента я не верил в то, что творилось. Не понимал, что происходит. Бес дёрнул заявиться в великосветскую забегаловку, чтобы разузнать о последних события, но эти самые события повергли мысли в хаос.
— Хаззаки ослабли…
— Ксанту плевать! Они грязь под нашими ногами…
— Валькирия будет собственностью Гаерона!
— НЕТ! ВАЛЬКИРИЯ БУДЕТ ПРИНАДЛЕЖАТЬ ДОМУ ИАН!
Хаззаков не просто давили со всех сторон. По всей видимости моих названных родственников кто-то решил растерзать. Вероятнее всего, наставник так и не пришёл в себя, если такое творилось. И по всё той же неизвестной причине за Хаззаков решил взяться великий дом Урелей, с которым Ксант находится не в очень дружеских отношениях. А вот появление дома Иан слегка удивило. Сильнейший дом, который всегда держал нейтралитет внезапно отправил своего мелкого обсоса в Мергару.
Вот только одну из причин такого поступка великих домов я умудрился узнать только тогда, когда услышал последние новости в «Свете Лампады». И кто бы знал, какого терпения мне стоило слушать их сраные речи. Они абсолютно не сомневались в том, что тётка под них прогнётся.
Какие-то великосветские ублюдки вздумали не только разобраться с Хаззаками, но и решили отобрать у меня Фьётру. Мою Фьётру! Моё сердце… Для всех она являлась лишь трофеем. Трофей, который обозлит не только валькирий, но и весь Север. Похоже, некая тварина затеяла очень опасную игру.
Я сам не понял в какой именно момент, но всё покатилось в тартарары. Слова голубокровных задели за живое, а моё и без того слабое хладнокровие дало трещину и это не укрылось от глаз Рамаса, который попытался меня остановить.
— Погоди, Ваерс, ты только не горячись…
— Ты полностью прав, мразь, — пальцы сжали глотку благородного и резко приподняли его тушу на полом. — Это заведение для приличного общества. На правах хозяина я малость очищу его от сброда и мне насрать, что ты из великой знати. Всегда хотел узнать, действительно ли у вас голубая кровь?..
Всё случилось настолько быстро, что никто не успел среагировать. Сила некоторых присутствующих вполне внушала уважение. Да. Так и есть. Их сила внушала уважение былому Ранкару, но сейчас многое переменилось.
— Да ты хоть знаешь, кто я такой⁈ — рявкнул грозно благородный, начиная сопротивляться моей хватке, а из его тела хлынула просто прорва энергии ветра вперемешку с эссенцией. — Знаешь, кто за мной стоит⁈ Тебя казнят… СЕГОДНЯ ЖЕ!!! Я… я… я… представитель… побочной…
Надо же. Безупречный. Нынче их стало как грязи. Так еще из дома Урелей. Скорее всего, одна из шавок того самого Гаерона.
За всеми метаморфозами аристократа я наблюдал с кривой ухмылкой. Лишь через секунду тот осознал, что вся его хвалённая мощь не приносит мне никакого вреда и он не может перебороть мою, а еще через секунду мудозвон начал стремительно задыхаться.
— Ты… ты кто такой⁈ — захрипел он, продолжая наращивать мощь, но мои пальцы лишь сильнее сжимались на глотке. — Если… ты убьёшь меня, то… то за тобой придут… Хаззаки слабы… Трепыхаться им осталось недолго… Они ничего не смогут сделать дому Урелей… Они не в силах защитить свою служанку валькирию… Та сучка станет трофеем господина Гаерона и его наложницей… Так что отпусти меня, и я дарую тебе… быструю смерть… за это оскорбление…
Внутри и без того росла холодная ярость, но речь мудозвона вывела из шаткого равновесия, а изо рта вырвался истеричный смешок.
— Это какое-то сумасшествие, — тихо посмеиваясь, процедил я сквозь зубы, покачивая слабо головой. — Трепыхаться осталось нам немного, говоришь? И Хаззаки слабы, значит.
— Ты вообще кто… ТАКОЙ⁈ ОТКУДА ТЫ ВЫПОЛЗ⁈ — перешел голубокровный на хриплый рык. — КАКОГО ДЕМОНА… ЛЕЗЕШЬ НЕ В СВОЁ ДЕЛО⁈
— Кто я такой, ты вскоре узнаешь. И поверь мне на слово, это…
Договорить тот мне не дал и попытался ударить каким-то убойным заклинанием на основе ветра прямо в грудь, но за секунду рука аристократа отделилась от тела и с мерзким шлепком ударилась об пол.
