Когда мы вырываемся из тюрьмы на свободу, новая экономическая деятельность становится одним из многих вариантов возможных последствий. Другие последствия также имеют значение. Например, астрономия в ближайшее время может сделать самое значительное и вместе с тем наименее пригодное для эксплуатации открытие в истории человечества: выяснить, есть ли жизнь на других планетах. Двадцать лет назад повсеместно было распространено мнение, что планеты земного типа редки. Теперь, вооружившись усовершенствованными телескопами, более быстрыми компьютерами и заручившись через интернет помощью десятков тысяч астрономов-любителей, мы понимаем, насколько были неправы. Самая консервативная из нынешних гипотез гласит, что один только Млечный Путь заключает в себе по меньшей мере 10 миллиардов планет, размер, температура и характеристики орбиты которых подходят для развития жизни. Просто добавьте воды. Кстати, воду на Марсе НАСА обнаружило в конце 2015 г. Шансы на то, что инопланетная жизнь где-то существует, хотя бы в микробной форме, выросли с сомнительных до весьма вероятных. В ближайшее время наши планетоходы, закапывающиеся в марсианские ручьи, и телескопы, способные исследовать атмосферы далеких миров, нам это наверняка докажут. В то же время набирает новые обороты поиск
2. Осязаемое воздействие гения не поддается простому измерению
Конечно, экономические условия тоже важны. Даже если мы обнаружим жизнь в далеком космосе, это будет слабым утешением для людей, которые не могут купить себе даже еды, не говоря о телескопе. Некоторые статистические данные рисуют мрачную картину, и это совершенно справедливо. Подсчитать доходы населения довольно просто, и в последнюю четверть века мы наблюдаем быстро увеличивающийся разрыв в материальном положении победителей и проигравших. Это реальная проблема, и она требует реального решения. (Общественное недовольство экономическим неравенством во многом омрачило предыдущий Ренессанс, и в эпоху Нового Ренессанса вполне может произойти нечто подобное. См. главу 7.)
Но если перевести взгляд с личных доходов на общее материальное благополучие общества, картина усложняется. Человек, родившийся в 1970 г., стал свидетелем того, как численность населения Земли увеличилась вдвое, а благосостояние отдельного гражданина возросло на 40 % [42]. Теперь нас в два раза больше,
Дело в том, что при всей важности таких понятий, как валовой внутренний продукт и производительность труда, они не предназначены для выражения совокупного благосостояния общества, а при попытке все же использовать их в этом качестве дают ошибочную картину. Они не в состоянии отразить не только нематериальные выгоды, которые приносит нам расцветающий гений, но даже и многие материальные.
В 1997 г. на собрании акционеров корпорации Intel один из участников потребовал у тогдашнего генерального директора Энди Гроува ответа о недавних обширных тратах компании на интернет-предприятия. Какого возврата на инвестиции они могли ожидать? Гроув ответил: «Как Колумб в Новом Свете. Каким был
Расстояние между достижениями гения и их социально-экономическими последствиями может быть очень большим, особенно когда дело касается новых технологий общего назначения. В развитых странах потребовалось около 75 лет, чтобы экономические преимущества общественной санитарии, электрификации и перехода на ископаемое топливо в полной мере отразились на статистике производительности; в развивающихся странах эти факторы еще не завершили свою работу. Для сравнения, массовое распространение компьютеров произошло менее сорока лет назад, интернета – менее двадцати лет назад. Массовое распространение генетического секвенирования только началось. Квантовые технологии и нанотехнологии буквально вчера вышли из лабораторий. Подсчитывать материальные выгоды, которые последние разработки принесут человечеству, еще слишком рано. Мы знаем только, что эти выгоды будут обширными и значительными.
