Эпоха великих реформ. Том 2 полностью

351

См. там же. С. 174–175.

352

См. «Русскую Старину », 1886. № 2. С. 375 и выше главу I.

Это величавое спокойствие народной массы при виде разрешения множества жизненных государственных вопросов, поднятых в последние четыре года, служит, по нашему мнению, писала «Северная Пчела » в номере от 1 января 1860, доказательством, что в русском народе много задатков политического такта, что со временем, когда разовьются государственные способности этого, еще младенчествующего теперь в отношении внутренней политики народа, он представит собою одно из замечательнейших явлений в истории развития человечества.

353

О том, как предполагали террорировать государя слухами о народных волнениях шеф жандармов кн. В. А. Долгоруков и М. Н. Муравьев, см. выше главу I, § 1.

354

Историю вопроса о наделах см. в главе II, § 3.

355

Об озлоблении против Редакционной комиссии «как очага красных революционеров» см. в главе I, § 1.

356

Газ. «Кавказ», 1892. № 14.

357

О взгляде крепостных на надел см. в главе I, § 1.

358

См. н. с. Семенова: Освобождение крестьян. 2 ч. III т. С. 753.

359

См. Днев. Валуева. «Русск. Стар.», 1891. X. С. 143.

360

М. И. Семевского поражали память и трудолюбие вел. кн. Константина Николаевича. «Каждое сколько-нибудь важное дело, говорит он, изучаемо им было лично, нередко без посредства докладчика, было ли то в Главном Комитете по устройству сельского состояния, в главном присутствии по воинской повинности или, наконец, в общем собрании Государственного совета. Вел. кн. всегда приступал к заседанию лишь после тщательного ознакомления с делом. Видя иногда утомление в лице августейшего председателя, говорит тот же свидетель, мы спрашивали близких к нем о причинах утомления и узнавали, что накануне до глубокой ночи Е. В. читал дела, предназначенные к докладу, изучал их, причем зачастую справлялся в некоторых книгах своей обширной библиотеки. Да, это был труженик государственный, заключает Семевский, труженик замечательных способностей, деятель, всею душою желавший пользы и блага горячо им любимой России». «Русск. Стар.», 1892. № 2. C.3.

361

«Весьма часто бывало, рассказывает Семевский, в Главном Комитете великий князь, остановив докладчика, сам продолжал доклад, с поразительною ясностью излагая подробности спутанных дел» (Там же. С. IV).

362

О смерти Ростовцева, вызванной ожесточенными нападками крепостников, см. в главе I, § 1. С. С. Ланской, павший по проискам реакции тотчас по обнародовании манифеста, не мог перенести своего неожиданного падения (См. Лероа-Болье. Н. соч. главу III; о систематической травле крепостниками Н. А. Милютина, как «красного» См. главы I–III н. с. Лероа-Болье). Указывая на те нападки, оскорбления и гонения, коим иногда несправедливо подвергаются в демократиях общественные деятели, французский публицист на примере Н. А. Милютина показывает, как часто и при монархической форме правления государственные люди, действующие в интересах народного блага, должны выносить молча всевозможные горькие обиды и страдания (С.35 н. с.).

363

Говоря о семейном, частном праздновании у вел. кн. в 1886 г. юбилея великого дня 19 февраля – официальное празднование, как известно, не было разрешено гр. Д. Толстым – сенатор П. П. Семенов говорит: «Светел и радостен был вел. кн. Константин Николаевич в этот день; великодушно забыл он тяжелое и горькое , им пережитое в трудную эпоху его деятельности; живо шла за столом беседа с нами великого князя, и ярко восстановляла его бойкая память одни светлые воспоминания пережитого, а особенно светлые они были потому, что великий князь и в старые годы не утратил пылкой веры в будущность русского государства и русск. народа» («Русск. Стар.», 1892 г. № 3. С. 823).

364

Вел. кн. Константин Николаевич, – говорит сенатор П. П. Семенов, – один из всех членов Главного Комитета следил шаг за шагом за постепенным развитием законопроекта (составляемого Редакционною комиссиею) и при деятельном содействии А. В. Головнина (впоследствии министра народ, просвещения) всегда знал все, что там происходило. Этим объясняется то, что когда в октябре 1860 г. законопроект, составленный Редакц. ком., был внесен в Главный Комитет, то и из всех его членов, не исключая даже председателя комиссии В. Н. Панина, великий князь ближе всех был знаком не только с подробностями проекта, но и с мотивами, руководившими его составителями, что было тем более важно, что объяснительной записки Редак. комиссия, вследствие поспешности закрытия, составить не успела (См. там же. С. 817).

365

Там же. С. 814.

366

Черты упрямого самодурства гр. Панина см. в главе I, § 1.

367