У парня из Камня оказался странный геном и настоящие рты на ладонях. Саске даже стало интересно, это приобретённое или наследственное, потому что с таким чудом, несмотря на многообразие мира шиноби, он ещё никогда не сталкивался. И ни разу не слышал о чём-то подобном. Шиноби порой вживляли себе особые протезы, использовали запретные техники, которые преобразовывали тело, иногда на самом деле встречались ниндзя, у которых по наследству передавались какие-то отличные особенности вроде острых зубов или глаз с вертикальными зрачками.
Правильно иногда ехидничал Шисуи: обучение у Орочимару-сана сказывалось на восприятии мира и чужих техник. Хотелось не просто узнать, как это уничтожить, но и понять как работает.
Перед этим заданием у них со старшим двоюродным братом состоялся разговор. Шисуи видел этого Дейдару в своих видениях будущего и говорил, что того пьянила и сводила с ума его сила, а также вседозволенность и привилегии родственника правящего клана. Лишь серьёзное потрясение было способно что-то изменить в таком человеке. Но то же поражение на поле боя лишь озлобило ещё сильней.
Саске не стал затягивать бой и использовал дистанционную атаку с введением в гендзюцу с помощью стаи ворон.
Наложенная иллюзия убедила шиноби Камня в победе над своим противником.
— Хн! Вот так! Моё искусство выше всяких похвал! — выкрикнул довольный Дейдара. — Я заставил тебя уважать моё искусство!
Почему-то Саске в этот момент почувствовал, словно перед ним избалованный ребёнок, младше даже тех генинов, которые попали в его группу, а он очень стар. Слова Шисуи и слова Наруто о человечности переплелись и выплыли на поверхность сознания необычной идеей. Можно было убить этого Дейдару, не попытавшись ничего изменить. В своей недолгой жизни этот шиноби уже заслужил смерть, но… кто достоин решать, жить ему или умереть? Без права на шанс что-то изменить и исправить.
Саске усыпил парня и подошёл ближе, чтобы рассмотреть. Если бы не длина волос, то Дейдара очень походил на Наруто, разве что следов на щеках не хватало. Во сне этот убийца и психопат становился совсем молодым. Саске снял с него дурацкий плащ и оголил торс. Над сердцем у парня имелась печать, скорее всего, его как-то усиляли или, наоборот, пытались сдержать использованную секретную технику трансформации. Саске достал специально подготовленную аптечку, набрал несколько шприцов крови и запечатал всё в свиток. Агара был прав в том, что учёных надо уважить, но отдавать всего Дейдару, да ещё и со странной печатью, скорее всего, уничтожения? Это слишком опасно. Да и если узнают, что внук Цучикаге в Конохе, не избежать политического скандала.
Несколько лет назад в их клане появился Джуго, который мог превращаться в бездушного монстра, стремящегося убивать. Джуго был опасен, хотя человеческая его часть была очень доброй, даже робкой и ранимой. В конце концов Наруто, как мастер фуиндзюцу, смог решить эту проблему и создал особые печати подавления чакры. После Узумаки стал применять их и в своих атаках. Но, вообще-то, был придуман целый комплекс таких печатей, которые почти полностью блокируют кейракукей и очаг чакры и могут запечатать силу шиноби на пару лет, если не снять. Делалось это в несколько приёмов запечатывания. Сначала печатью пяти стихий блокировался очаг, не позволяя соединять и смешивать в нём составляющие чакры, то есть почти лишая контроля над чакрой. Затем ставилась изменённая и сильно упрощённая «Вакаи-гун-фуин». В отличие от настоящей «Вакаи-гун-фуин», которая стояла на Орочимару и поддерживала молодость, эта медицинская печать просто вытягивала в себя инь-составляющую из очага и резерва, тем самым создавая дисбаланс, при котором невозможно совершить никакое дзюцу. Впрочем, «побочным эффектом» такой печати было спонтанное исцеление лёгких ушибов и царапин, а также ускорение регенерации в случае тяжёлых ранений. Третьим этапом было запечатывание кейракукей печатями подавления, тем самым шиноби лишался возможности испускать чакру при помощи тенкецу или пытаться преобразовать её, минуя резерв и пользуясь очагом без контроля чакры.
