Поняв, что его заметили, Питер едва заметно вздрагивает и, сжав ладони в кулаки, разворачивается в сторону замка, вскоре скрываясь внутри. Я продолжаю смотреть ему вслед, дрожа всем телом.
— Как много он слышал? Как давно он тут? — хрипло спрашиваю я.
— С твоих криков «я не верю тебе!» — Чарли пожимает плечами.
— Ты ведь знал, — он всё слышал! Господи, он видел практически совершившийся поцелуй, слышал моё признание и признание Чарли… Меня трясёт сильнее.
— Я хотел, чтобы он слышал.
— Зачем ты это делаешь? — я смотрю на него испуганными влажными глазами. — Зачем ты мучаешь меня? Тебе не хватило того, что я итак раздавлена?
— Как же ты не понимаешь, Ксень, — он качает головой, — я не могу причинить тебе боль специально. Этому противится моя природа. Наверное, поэтому я так сопротивлялся твоему упорному желанию идти по этому пути.
— По пути, который выбрал Аслан? — я усмехнулась, как вдруг замерла, да и больше не произнесла ни слова.
— Ты чего? — Чарли, похоже, испугался. — Ксень?
— Тогда, когда он зарычал на тебя, когда обвинял, что ты запечатлён, он же всё не спроста, да?
— В их планы не входило то, что ты окажешься моей парой. Естественно, им это не понравилось.
Покачав головой, я вздохнула и, посмотрев на Чарли в последний раз, отвернулась.
— Не думай, что этот разговор изменит моё к тебе отношение. Больше ничего не будет, как прежде. Уходи, Чарли. Ты выполнил свою миссию, — я обняла себя за плечи, пытаясь скрыть крупную дрожь, бьющую моё тело. — Ты можешь возвращаться домой.
— Ты до сих пор не поняла, что я не уйду? Я привязан к тебе! Ты мне нужна!
— МНЕ ТЫ НЕ НУЖЕН! — вновь кричу я, впрочем на последнем слове срываясь на хрип. — НЕ НУЖЕН!
Чарли молчит, а я больше не могу сдерживаться. Сделав шаг, потом второй, третий и четвёртый, я уже срываюсь на бег и бегу до тех пор, пока Чарли не остаётся далеко за спиной. Я бегу, чувствуя, как меня охватывает ледяной ветер, как ноги увязают в обжигающем снегу. Хриплое дыхание срывается с моих губ в молитвенном крике:
— ЗАБЕРИ МЕНЯ!
Этот крик выбивает меня из сил и я падаю на землю, больно ударяясь коленями об поваленное дерево. Откуда оно тут вообще взялось?
Я лежу, трясясь и желая забыться. Мне плохо, кроме боли и аппатии больше ничего нет. В голове стучат слова Люси, протестующий крик Леа и исповедальная речь Чарли.
Не хочется думать.
Не хочется вспоминать.
Не хочется дышать.
Меня предали… Меня предали… Меня предали…
Знакомый звук хлопающий крыльев и привычный порыв ветра. Звук опускающегося на землю массивного тела и горячее дыхание, окутывающее с ног до головы.
Я делаю последний рывок и падаю в огромную тёмную лапу, зная, что здесь найду покой.
«Спи, Ксения, спи. Тебе слишком досталось. Спи, Ксения, спи»
И я засыпаю, зная, что в безопасности.
То, как дракон поднимается в воздух я уже не замечаю, впрочем, как и не замечаю того, что на спине Вэнфролха кто-то сидит.
Я открываю глаза, встречаясь с чистой темнотой. Где-то справа, высоко в небе горят куча звёзд. Они, мелкие сверкающие точки, такие беззаботные. У них нет проблем, единственное, что они могут — сверкать и радовать глаз. Несколько часов в сутки.
— Хочу быть звёздочкой, — бормочу я, вглядываясь в ночное небо.
— Совсем рехнулась? — от такого знакомого голоса я вздрагиваю и подрываюсь на месте, садясь ровно и оглядываясь в темноте. — Сейчас, подожди.
Я жду, а через пару секунд в нескольких метрах от меня разгорается небольшой костёр, яростно сверкая и освещая громадную пещеру, лежащего за моей спиной Вэнфролха, который служил мне и кроватью и подушкой. Но не это важно. У костра стоит Питер, сложив руки на груди и сверкая своими голубыми, в таком свете практически прозрачными, глазами.
— Что ты здесь делаешь? — удивлённо спрашиваю я. — Точнее, что…
— Ты сильно замёрзла, твоё сердце замедлило темп и я испугался, что ты сейчас окочуришься, — спокойно произнёс он, но взгляд отвёл.
— Зачем ты врёшь? — тихо спрашиваю я, подтягивая колени к груди. — Я же помню, что Вэн забирал меня. Как ты оказался здесь?
— С ним прилетел, — не выдерживает Питер, взмахнув рукой в сторону дракона. — Ты выглядела слишком потерянно, я не мог тебя оставить.
Я слабо улыбаюсь, заметив, как впервые за несколько дней теплеет его холодный взгляд.
— Спасибо, что не бросил, — искренне благодарю я, с улыбкой смотря на него. — Хотя ты не очень-то, наверно, этому рад.
— Ксения, хватит, — говорит Питер зло.
— Хватит что? — не понимаю я.
— Просто прекрати уделять этому столько внимания, ладно? — в его глазах мелькает беспокойство.
— Чему? — я хмурюсь. — О чём ты?
— Ты постоянно говоришь, что я недоволен, что я не рад, что я тебя ненавижу. Прекрати.
— Я говорю то, что вижу, — я жму плечами, пытаясь скрыть то, что сердце пропускает удар за ударом от волнения.
— Если ты думаешь, что я не чувствую, — он кладёт ладонь себе на сердце, — как ты волнуешься или боишься, то ты ошибаешься. Не забывай, у нас с тобой одно сердце на двоих. Что с твоим, то и с моим. Это я заметил сразу. А ты, знаешь ли, очень эмоциональна.
Я кривлю губы, улыбка медленно сползает с лица. А я-то думала…
