— А вдруг он врал? — поспешила перебить Ксения.
— А если нет?
Ксении бы хотелось возразить и сказать бы что-то ещё против этого аргумента, но на ум ничего не пришло, и она, сжав губы в тонкую линию, поспешила отвернуться.
— Ладно, — вздохнула она через некоторое время, — пошли. Нечего тут спорить.
— Ого, — спустя пару секунд сказал Певенси. — Ого, — вновь повторил он.
— Что? — чем очень удивил свою спутницу.
— Ты не стала спорить, — пояснил он. — Решила избежать спора. Знаешь, — он сделал вид, что задумался, — а в новой тебе что-то полезное всё же есть.
Данное заявление очень разозлило Ксению и та, зло покачав головой, поспешила вперёд, из-за злости совершенно забывая о том, что темнота в их случае была по-настоящему губительна.
— Ксения! — до Питера только теперь дошло, какую глупость он сказал. Кинувшись за девушкой в ту сторону, в которую, предполагал он, убежала Ксения, Питер продолжал кричать её имя, натыкаясь на пустоту и абсолютную тишину.
Ксения опомнилась только тогда, когда тьма окружила её в полной мере. Опомнившись, девушка резко развернулась, натыкаясь на темноту. Испуг, такой неожиданный и сейчас ненужный, окутал её с головой, протягивая к ней свои цепкие, липкие сети. Ксения уже поняла, какую ошибку совершила, отдалившись от Питера и их спасительного света факела. Теперь же, оказавшись в полном одиночестве наедине со своими мыслями, девушка винила себя в своей вспышки злости, совершенно необоснованной. Питер же, думала она, не сказал ничего такого, отчего бы можно было расстроиться или на что нужно было б обижаться. Вот только было слишком неприятно понимать, что такая она ему нравилась намного больше, чем та, кем была раньше.
— Питер! — крикнула Ксения, потерянно вертясь в разные стороны. Ужас овладевал ею с такой быстротой, с которой ей, казалось, и не справится. Она будто камень в воду, точно также тонула в своей беспомощности и своём страхе. — Питер! — вновь прокричала она, обняв себя руками. Сердце билось, с каждым ударом наращивая темп. — Питер! — уже тише произнесла она.
Темнота давила, сгущалась, и даже как будто бы наэлектризовывалась. Дышать становилось трудно — на грудную клетку давила непосильная тяжесть. Глаза стали совершенно бесполезными от того, что в такой непробиваемой темноте увидеть хоть что-то было совершенно невозможно.
— Питер… — решив, что двигаться дальше она не будет, Ксения уселась на холодную землю, с тихим шорохом опустив руку на что-то холодное и рассыпчатое.
Пытаясь совладать с ужасом, Ксения верила, что она бесчувственна, ей не страшно, она справится и в одиночку, что Питер ей совершенно не нужен. Но в то же время чувствовала, как стремительно погружается в непробиваемую мглу.
— Ксения! — крик, раздавшийся отовсюду, но и в то же время из неоткуда, оглушил. Резко подняв голову, девушка прислушалась. — Ксения! — повторилось вновь знакомым голосом.
— Питер? — хрипло переспросила девушка. — Питер, это ты?
— Где ты? — вместо ответа раздалось вновь. Подскочив с земли, Ксения принялась оглядываться.
— Я… я… я не знаю!
— Следуй к моему голосу! — послышалось вновь.
— Твой голос везде! — не понимая, куда идти, ответила девушка. — Питер, ты повсюду…
— Ксения, ты в кромешной тьме, — тихий голос Питера раздался будто бы за спиной, — определи моё местонахождение, выбери одну дорогу из всех остальных лживых, и иди ко мне.
— Не прекращай говорить, — взмолилась Ксения, сделав первый шаг навстречу свету, — прошу тебя, только не прекращай говорить…
Голос Питера вёл Ксению подобно маяку на море, она будто бы сбившаяся с пути душа стремилась отыскать тот единственный путь, который приведёт её к тому, где кто-то сможет о ней позаботиться.
Питер говорил, не прекращая, что-то обещая, за что-то прося прощения, даря надежду. Слова было не разобрать, но звук его голоса, тембр не давали отчаяться.
Когда голос стал отчётливее, когда слова можно было разобрать, Ксения перешла с шага на бег, кричала и молила звать её.
— Питер! Питер! — кричала она, еле успевая перебирать ногами. Бежала так быстро, будто бы черти хватали за пятки. — Питер!
Боль от удара даже не чувствовалась. Ощутив на спине теплоту знакомых рук, Ксения смогла выдохнуть со спокойной душой.
— Я смогла, — хрипло, задыхаясь, — я тебя нашла.
Взяв лицо мужчины в ладони, Ксения попыталась заглянуть Питеру в глаза, но голубых глаз в темноте разглядеть не смогла. Тяжело выдохнув, уткнулась ему в шею носом, прижимаясь всем телом. Оттого и не сразу поняла, что стоят они в абсолютной темноте.
— Питер… — голос от криков охрип, а дыхание ещё не восстановилось, — Питер, где свет?
Питер долго молчал, продолжая обнимать девушку за талию, дрожащую всем телом, и невесомо, нечувствительно для самой девушки, целовал ей макушку. Он медлил с ответом.
Ксения оторвалась от него и заглянула в грустные, но всё равно улыбающиеся глаза.
— Питер?
— Мне пришлось погрузиться во тьму, чтобы отыскать тебя.
