— Нет, не нагоняла, — он кивнул, — но ты одурманила единственного на тот момент спасителя всей страны. Верховному верили, за ним шли, но он сдался и забыл о своём долге! А вместе с ним и другие короли ушли в забытьё, потому что королевство для них — дело второстепенное.
— А для тебя оно на первом месте?
— Лорд стал для людей спасением, когда короли забыли о их существовании.
— Но ты жесток! Тебя боятся.
— Меня уважают и это главное. Нарния вступила в новое время, где нет королей, который не справляются со своим долгом. Есть только Лорд, который будет вечен.
— Вечен? — я усмехаюсь. — Ты, рано или поздно, умрёшь. Кто встанет на твоё место?
— Я бессмертен, — его слова поражают. Я в удивлении распахиваю глаза, наблюдая за тем, как он медленно высовывает небольшой кинжал из сапога и, не сводя с меня взгляда, ведёт остриём лезвия по горлу. Меня подташнивает о той картины, что открывается глазам: ровная, длинная, тонкая линия разреза пересекает всю шею в ширину, будто ободок. Но нет крови, нет неприятного звука разрезаемой плоти — ничего нет. Секунда — и всё стягивается, не оставляя даже шрама. — Меня невозможно убить, победить или свергнуть, Ксения. Я — Лорд, а для этого жалкого мира именно это — единственное спасение.
— Ты не Каспиан! — в шоке шепчу я, делая шаг назад. — Каспиан — живой человек!
Лорд как-то по-дьявольскому улыбается, а после его очертания начинают расплываться. Его будто укутывает туман, лаская в своих объятиях. Не проходит и минуты, когда на месте Каспиана оказывается лишь небольшой тёмный сгусток дыма, вибрирующий и колыхающийся.
— Кто ты? — кричу я в никуда, потому что постепенно туман рассеивается. Каспиана нигде нет. Страх пронизывает всё тело, я не могу пошевелиться.
— Я — сама тьма в её чистом воплощении, — тихий, горячий шёпот на ухо. Вздрогнув, я вытягиваюсь в струнку, боясь даже взглянуть на Каспиана, который медленно обходит меня и встаёт совсем близко, почти прикасаясь телом ко мне.
— Что ты сделал с Касом? — хриплю я, во все глаза наблюдая за Лордом.
— Я всё тот же Каспиан, — мужчина ухмыляется, — я помню всю свою жизнь от и до. Я чувствую всё то же, что чувствовал ещё будучи обычным королём. Но ты права, я больше не я. Я — Лорд и бывшая до этого титула жизнь — лишь горькое напоминание о том, каким я был слабаком.
— Что ты сделал, чтобы стать таким? — сердце в груди нещадно ударяется об грудную клетку. Мне страшно. — Заключил сделку с дьяволом? Выпил из кубка, дарующего бессмертную жизнь? Что?!
— Нет, — тянет Каспина, усмехаясь. Отойдя от меня, он садится на королевский трон. Я вспоминаю, что когда-то здесь было ещё четыре стула, для четырёх Великих королей, но сейчас их нет. Здесь расположено только одно — кресло Лорда. — Я выпустил тьму, дал ей волю и она приняла меня, как своего хозяина.
Я не знала, почему он мне это говорит. Наверное, он не воспринимает меня, как опасность.
— Выпустил тьму? — восклицаю я. — Разве это возможно?!
— Если у тебя есть нужное заклятие и верные маги — да. Ну и желание, естественно.
— Как тебе удалось это всё провернуть? Зачем тебе было всё это нужно?
— Думаешь я скажу? — Каспиан смеётся — так жутко и надменно. — Глупая девчонка! Ты узнаёшь правду только потому что мне это нужно. Ах, — он вздыхает, поднимая один палец вверх, — ну и потому, что отсюда ты уже никогда не выберешься… — он замолкает, внезапно наклонившись ко мне и сощурившись, — живой.
Я знала, что есть во всём этом подвох. И вот он!
— О, ну конечно, — я киваю, стараясь не выдать свой страх, — а рассказываешь всё в лучших традициях злодеев. Чтобы враг был напуган и сражён твоей крутизной?
— Возможно, здесь есть доля правды, — задумчиво произносит он. — Страх и плохо скрываемая злость в тебе меня радует. Это приятно.
— Каким же ты стал…
— Великим? — Лорд расслабленно разглядывает меня. — Совершенным?
— Ты стал ублюдком, Каспиан, — бросаю я зло. — Ты отринул всё, во что верили короли и Аслан!
— Аслан никогда не смог бы достичь того, чего достиг я! — кричит Кас, вскакивая с места и, на секунду растворяясь в воздухе, появляется рядом со мной, схватив меня за горло и подняв вверх. Я вцепляюсь руками в руку, сжимающую мою шею, хрипя от того, что кислорода практически нет. — Он всегда был жалок! Ему верили, а он пустил всё на самотёк со своей вечной фразочкой, — выплюнул он, встряхнув меня. Я, задыхаясь, успела отметить, что силы в этом мужчине прибавились поистине невероятные. — «Ничто не повторяется дважды»! Вечная отмазка для тех, кто в него верит! Великий кот никогда не был великим. То, что он создал Нарнию не значит, что он — бог!
— Нарнийцы считали его им! — хриплю я, раскрывая рот в немом крике. — Они верили ему!
