— Я страдаю, — отвечаю я, печально посмотрев на подругу, — так, как не страдала никогда. Я чувствую вину перед ним не только за то, что бросила, заставила мучиться. Больше за то, что я не могу без Чарли. Я на развилке. Пойдёшь к одному, потеряешь другого, пойдёшь к другому, потеряешь первого. Я люблю каждого из них, но по-разному. Наверное, именно это и останавливает.
— Чарли? — спрашивает Леа.
— Я люблю его так, как никогда не полюблю Питера. Потому что Питер нечто особенное в моей жизни. Таким был и останется. Мы изначально друг другу не подходили, мне все об этом говорили, тыкали меня в это. Заставляли отказаться, отступить. И я сдалась под натиском. Это дало отвыкнуть от него, но как только я узнала, что он пропал… я поняла, что не смогу больше оставаться в стороне, потому что не смогу без него. Но тут появляется Чарли, который подходит мне по всем пунктам. Он тот, кого подкинула мне судьба, тот, любовь которого я не могу принять, потому что она мне не нужна. Потому что, несмотря на всё желание быть рядом с Чарли, я никогда не полюблю его той любовью, которая ему нужна, которая нужна в нашей связи. Чарли — брат, друг… мы с ним одно целое. Он — моё проклятие, с которым мне придётся смириться раз и навсегда. От кого я не отступлюсь, даже если захочу. Я кричу на него, не даю подступить — он молчит, терпит, страдает. Но в ту же секунду я могу бросится к нему и он ответит мне взаимностью. Я знаю, что мне стоит только сказать «Да», как вся моя жизнь перевернётся. Стоит мне согласится, как я потеряю себя в этой связи. А я не хочу этого делать, пока точно не пойму, что другого выхода нет. Я слишком часто отступала от того, что желанно больше всего.
— И ты скажешь это Питеру, когда встретишься с ним?
— Если я почувствую сердцем, что не смогу — я буду молить его простить меня. Если до меня дойдёт, что без него мне невозможно, я буду молить его о прощении.
— Думаю молить не нужно будет. Он же любит.
— Я предала его, Леа, — с грустью в голосе говорю я. — Я обещала ему то, что не смогла выполнить. И я не буду удивлена, если он возненавидел меня.
— Я верю в лучшее и ты верь, — Леа поднимается на ноги, показывая тем самым, что пора возвращаться. — Пойдём, думаю твоя головная боль тебя заждалась.
Я усмехаюсь и с помощью девушки встаю на ноги. Ко мне тут же подходит Вэнфролх и склоняет голову, чуть приподнимая лапу. Обняв его за шею, я встаю на его лапу и чувствую, как воспаряю. Вэн ловко закидывает меня себе на спину и расправляет крылья.
— Наперегонки? — вдруг предлагает Леа и я, захохотав, кричу:
— Мы будем первыми! — я не слышу, что кричит мне Леа, потому что звуков больше нет, лишь шум ветра и радостный рык моего дракона. Лишь я, он и свобода о которой так долго мечтали.
Мы с Леа идёт к её дому, весело препираясь, когда ко мне подлетает Чарли, обхватив руками мою талию и подняв вверх. Я вцепляюсь ему в плечи, не понимая, что собственно происходит. Леа, кстати, тоже.
— Чарли? — спрашиваю я непонимающе.
— Я просто соскучился, — отвечает он, отпуская меня, а после прижимаясь ко мне всем телом. — Так соскучился, что просто уже не могу.
— Чарли… — вздыхаю я, обнимая его за плечи. Леа понимающе кивает и уходит в дом, на ходу оглядываясь. В её глазах я замечаю непонятные эмоции, которые быстро исчезают.
— Не говори ничего, — шепчет Чарли, практически вдавливая меня в своё тело, — просто давай помолчим.
Я потерянно киваю, уткнувшись лбом ему в плечо и прикрыв глаза. Сейчас происходит один из тех моментов, которые я ненавижу и жду одновременно. Сейчас мы будто подкрепляемся друг другом, набираемся сил. Чарли успокаивается, а я просто наслаждаюсь. Организм просто бесится от всех ощущений, а сердце бьётся всё быстрее. Я стараюсь унять его бешеный стук, что очень трудно.
— От тебя воняет ящерицей, — ворчит Чарли, чихнув. Я смеюсь.
— От меня теперь всегда будет так вонять, — говорю я, отстраняясь. — Теперь, когда Вэнфролх со мной.
— Как же трудно принять тот факт, что у тебя есть дракон. Что я тебе не нужен.
— Чарли! — я аккуратно шлёпаю его по руке, пытаясь вразумить. — Ты всегда будешь нужен мне! Несмотря ни на что.
— Даже на то, что ты выберешь его? — о ком именно идёт речь не уточняется. Итак ясно.
— Я ещё не…
— Хватит, — Чарли усмехается. — Может уже признаешь то, что знала всегда?
— Знала что?
— Что Питер всегда будет незримой стеной стоять между нами. Что ты будешь с ним!
— Не надо… — мне не хочется вновь поднимать эту тему, потому что уже серьёзно надоело. — Ты, кажется, обещал не вмешиваться, — более злобно отвечаю я.
— Мне надоело слушать твою ложь, — зло выдыхает Чарли. — Ты чуть ли не клянёшься, что будешь со мной, но стоит тебе увидеть кого-то из прошлого, то сразу же вспоминаешь о Питере! Как так можно?!
— Я не клялась тебе…
— Ты говорила «я обещаю, что дам нам шанс»!
— Я имела ввиду, что мы попробуем… я попробую, если к Питеру не будет чувств!
— Сказанного не воротишь.
— Ты тоже обещал не наседать! — возмущаюсь я. — Но не сохранил своего обещания. Сохранил, но ненадолго!
