— Не верю! — кричу я, резко дёрнув локоны вниз. — Не верю! — я падаю на пол, разрыдавшись. В приступе истерики, я бью кулаком по полу. Боль обжигает и от этого становится только обиднее. Я ударяю ещё несколько раз, прежде чем успокоится. Сидя на полу, я потерянно смотрю перед собой, на стену. Раскрытый рот вбирает больше кислорода, по щекам струятся слёзы. Мне кажется, что я умираю. Здесь и сейчас.
— Я не могу сдаться… — внутри что-то щёлкает и всю истерику снимает, как рукой. Я поднимаюсь на дрожащих ногах и подхожу к столу, на котором продолжает лежать чистый пергаментный лист. — Не могу просто сдаться и… — я облокачиваюсь о стол, как совсем недавно это сделал Чарли и, вздохнув, смотрю глазами в пустоту, —…не могу оставить тебя…
Я судорожно начинаю думать о том, что можно сделать для того, чтобы всё получилось. В голове ни одной идеи, я лихорадочно бегаю глазами по всему листу, будто там я найду ответы на вопросы.
— Что же я сделала не так? Почему ты не показала мне его? — шепчу я, взяв в руки карту. — Ты должна была показать! — карта, конечно же, не отвечает. — Не может быть такого, что я не хочу его найти! — рычу я, сжимая пергамент в руке в приступе злости. — Я всем сердцем желаю найти его, как по-другому?! Я же его… — я не договариваю, потому что меня внезапно осеняет. Я аж задыхаюсь от удивления, выдавив из лёгких смешок. — Серьёзно? — встряхнув лист, я вновь кладу его на стол и разглаживаю все неровности. — Вот серьёзно, да?
Мне кажется, что я схожу с ума, потому что я разговариваю с листом. Но уже как-то плевать, потому что я в шаге от того, чтобы узнать где Питер.
— Карта, которая издевается и пугает меня, — начинаю я, сжав кулаки в надежде на то, что всё же не ошибаюсь, — покажи мне, где сейчас находится тот, кого я люблю. Где мой Питер?
Пару мгновений ничего не происходит и я даже успеваю испугаться и начинаю прикрывать глаза, которые начинают слезится от наступающих слёз. Но всё прекращается, потому что карта начинает проявляться. Я смотрю на то, как появляется тёмный кружочек, обозначающий меня. От него бежит чёрная нить, она вьётся то в одну, то в другую сторону, пробегает мимо мелкой точки «Кэр-Параваля» и бежит дальше, уносясь к Восточному морю. Она бежит всё дальше и дальше вдруг исчезая за полями. Я удивлённо смотрю на то, как картинка, задержавшись на пару секунд, начинает меняться и вот я вновь вижу «Восточное море» и нить, которая продолжает бежать и бежать. То слева, то справа мелькают небольшие точки-острова, названия которых я только начинаю читать, когда нить обрывается у самой жирной точки, застывая на месте и больше не собираясь двигаться.
— Гальма, Фелимат, Дорн, Авра… — читаю я острова, мимо которых мне нужно будет лететь. Глаза останавливаются на конечном пункте, название которого заставляет сглотнуть: — Горелый остров.
— Горелый остров? — задумчиво тянет Леа.
— Ты знаешь его? — в надежде спрашиваю я.
— Ходили когда-то слухи о том, что когда-то на этом острове жили перевёртыши, — Леа быстро смотрит на Чарли, продолжая: — они довольно злобными были, постоянно творили что-то тёмное, вроде всяких чар. То, что произошло потом, было действительно ужасно. Я не знаю, кто правил Нарнией в то время… ну и вот, тот правитель… он приказал уничтожить любым способом этих оборотней и туда отправили целый флот, который уничтожил весь остров. С тех пор его называют Горелым, потому что там нет ничего: ни растительности, ни живых существ. Ничего.
— Что там делает Питер? — я задумчиво покусываю губы.
— Без понятия. Ты собираешься туда лететь? — сразу же спрашивает Леа.
— Я не могу иначе. Только не теперь, когда я знаю его местоположение.
Слева, откуда-то с бревна, раздаётся угрюмое сопение. Как только я вылетела из дома с криками «Получилось! Я нашла!», Чарли, зло рыкнув, уселся на пенёк и не подавал признаков жизни, насупившись и сдувшись. Мне же было совсем не до него, потому что я найду Питера, найду! — Если у тебя есть, что сказать — говори, — спокойно произношу я, повернувшись к нему. Чарли сидит на пне, вытянув ноги и сложив руки на груди. Его лицо так и кричит о том, как сильно он зол.
— Нет, ничего, — вздыхает он, чуть прикрывая глаза, — но я надеялся, что на этом всё кончится. А оказалось, что всё только началось.
— Ты можешь не идти, — спокойно произношу я, игнорируя взволнованного червячка, под названием «связь», который кричит не причинять боль паре.
— Брось, — он усмехается, — я пойду и буду смотреть на то, как вы с королём воссоединитесь. А если не воссоединитесь… я начну действовать, ясно? Я уже подхожу к финишу, тому самому, где взорвусь и озверею.
Я киваю, вновь отворачиваясь от него и смотрю на Лею. Та продолжает вглядываться в карту.
— Я тоже пойду, только вещи собрать надо и на Гатха надеть амуницию… — говорит она спокойно.
— Прости, Леа, но сейчас ты должна остаться здесь, — вздыхаю я, чуть улыбнувшись. — Кто-то должен будет нас ждать здесь.
