Тогда вступлюсь я. Если потребуется. Но пока ничего такого не нужно. Московские мажоры знают свое место…
На квартиру в Кузьминках, которая ждала меня, я конечно же не поехал. Мало ли кто там мог побывать, кто знает эту квартиру и что в ней установлено. Я очень недоверчивый человек и никогда ни на кого не полагаюсь, кроме как на себя самого.
Вместо этого я снял квартиру в подмосковной Балашихе, просто несколько минут посидев в Интернете. Машину я нанял в прокате, принадлежащем одному из дилеров «Форд» – обычный, ничем не примечательный «Форд Фокус» универсал. Хорошо, что хоть можно стало цивилизованно арендовать машину, а то пришлось бы ехать на рынок и покупать какую-нибудь убитую вазовскую лайбу на несколько дней, чтобы потом бросить в подмосковном леске, как дело будет сделано.
Там, впереди, оглушительно грохочет и завывает музыка, и это в два часа ночи. Бывшая рабочая столовка неподалеку от ЗИЛа превратилась в клуб-ресторан, довольно приличный, хотя и с явными постсоветскими признаками, такими, как слишком громкая и назойливая музыка. Там сейчас веселится, тусуется человек, с которого я решил начать разматывать этот змеиный клубок.
Я пока еще не решил, как его брать. Просто наблюдаю. Даже еще не решил, стоит ли заходить в бар или посидеть в машине. Вон, кстати, машина нужного мне человека, «Тойота Лэнд Круизер». Неплохо парниша накосил для своих тридцати лет, неплохо…
Мне такая не нужна. Машина, по моему мнению, – это средство передвижения и не более того.
Нет, все-таки не пойду. Подожду здесь.
Зазвонил телефон. Проклятый сотовый, как раньше без него жили…
Сидевший в компании парень подвинул девицу, вышел, отошел чуть в сторону – не так громыхало. Прикрыл ладонью микрофон. Блин… какой козел такие маленькие телефоны придумал, а? Запихать бы в ж…
– Але! Але!
– Салам, Дима… Отдыхаешь?
И снова от этого голоса… нет, не мороз по коже. Он уже давно не боялся, знал, что у него на руках немало козырей, он им нужен. Но все равно неприятное, щекочущее какое-то ощущение.
– Что надо?! – грубо спросил парень. – Занят я.
– Тебе и Рамиль передать салам хочет.
– Передавай салам ему. Что надо?
– Да пару квадратов… чистых надо, брат. И там… остальное, по мелочи. Ты ведь не откажешь?
– Пару?! – не понял Дима.
В его понимании пара квадратов, то есть пара квартир – это как-то несерьезно. К нему уже обращались… уважаемые люди вложились в московский строительный комплекс, в недвижимость, потому что Коран запрещает вкладывать деньги под процент, а строительство, если вкладываешь на уровне котлована – выгодное дело, доход процентов пятьдесят в год и никакого харама[18]. Вот люди из нескольких мухтасибатов[19] собрали закят[20], вложились, выкупили несколько десятков блоков в строящихся домах в Новой Москве, а тут возьми – и банковский кризис. Стройка встала, застройщики, как это и принято на Руси, вывели из фирм всю оборотку, собрали манатки и свалили – кто в Лондон, кто на побережье Испании, кто в Израиль. А поскольку вкладывались не по двести четырнадцатому закону[21] – предъявлять претензии было не к кому. Государство только руками развело – мол, сами виноваты, ищите теперь этих недобросовестных застройщиков, у нас тут недобросовестных дольщиков и так хватает. Вот тогда и начали дергать за все ниточки, за какие только можно. Дима в Москве людей грузил, а зарубежные салафитские группы выцепляли этих козлов на загранке. Заодно все заинтересованные люди в Татарстане узнали, с кем лучше, с салафитами или с матуридитами.