Бывший полковник вооруженных сил Королевства, а теперь один из руководителей спецотдела в службе безопасности АРАМКО, отвечающего за устранение конкурентов на нефтяном рынке и поддержание высоких цен на нефть (путем терактов и провокаций), встал из-за своего стола, обнял своего агента. Он был хорошим офицером и знал, что надо ценить подчиненных, тем более таких, которые могут сделать почти невозможное. А Аслан как раз и был из таких – он совмещал чудовищную физическую силу со специальной подготовкой, полученной у опытных инструкторов британского САС, и интеллектом, полученным при обучении в советского образца еще школе. Так что бывший полковник ценил этого солдата и воспринял новость, что разведка временно забирает его, с изрядным раздражением. Но делать было нечего – приказ пришел с самого верха.
– Дело сделано, – коротко сказал Аслан.
– Я знаю. Сам Аллах направляет твою руку…
Саудовская Аравия напоминала чем-то Советский Союз, только вместо триптиха «марксэнгельсленин» здесь был единый Аллах. У которого не было сотоварищей…
– Аслан, – спросил полковник, – ты знаешь о том, что происходит сейчас в Черном море?
– Нет.
Полковник пустил по столу плоскую панель планшетника.
– Посмотри.
Аслан нажал на кнопку воспроизведения – и меню сменилось экраном видеовоспроизведения.
– Черное море. Русские начинают совместно разрабатывать его с американцами. Судя по отчетам, какие нам удалось заполучить, запасы нефти оцениваются там как сверхгигантские. Русские предоставляют залежи и трубопроводную систему, американцы – технологии, чтобы добывать нефть в такой агрессивной среде.
– Крым? – спросил Аслан.
– Нет, это уже не шутки. Вероятно, мы не уделили должного внимания этому региону тогда, когда решение могло быть простым. Сейчас – даже если крымские татары поднимут мятеж – он будет быстро и безжалостно подавлен, никто не будет говорить о демократии и оказывать помощь маленькому угнетенному народу. Когда речь идет о нефти, неверные отбрасывают свою риторику и показывают свое истинное лицо. Действовать придется в Москве.
Полковник помолчал немного.
– У тебя в Москве была женщина. Ты не хочешь узнать, что стало с ней?
– Нет, – спокойно ответил Аслан.
Полковник немного смутился. Такой ответ аналитики расценили как двадцатипятипроцентную вероятность. Но в его ухе был спрятан миниатюрный микрофон, по которому ему могли давать советы, что сказать, лучшие психоаналитики разведок Саудовской Аравии и Великобритании, тоже просматривающие эту беседу по интернет-каналу. Ему нужно было только потянуть время.
– Почему? – спросил полковник.
– Аллах свидетель, она должна была найти себе хорошего мужчину своего народа и рожать с ним детей, а не идти на джихад.
– Но джихад…
– Харам, если женщина выходит на джихад! – оборвал полковника Аслан, впервые позволив себе такое…
– Мы не собираемся…
Изображение на экране в защищенном от прослушивания бункере штаб-квартиры саудовской разведки вдруг погасло, сменившись серым фоном помех.
– Что произошло? – нервно сказал глава саудовской разведки…
Начальник управления по работе с нелегалами достал телефон и начал набирать телефон технической службы.
– Шайтан, этого только не хватало…
– …Что? Направьте связь немедленно… свяжитесь с техническим отделом АРАМКО. Как нет телефонной связи, вы что, издеваетесь? Звоните по проводу. Звонили… И что?
Внезапно разом зазвонили телефоны у начальника станции МИ-6 в Джидде и у главы саудовской разведки.
– Аллах всемогущий… – потрясенно проговорил начальник разведки, едва не выронив трубку.
– Что произошло? – резко спросил валлиец.
– Что-то взорвалось. Прямо у штаб-квартиры АРАМКО…
В глазах шейха застыл испуг. Он с радостью смотрел передачи аль-Джазиры, показывающие взрывы то в одной, то в другой стране, но никогда не думал, что все это может случиться в его стране, в его городе, в его доме…
Однако случилось…
Лечи, сам побывавший под обстрелом русистской артиллерии в лесу и много чего повидавший, пришел в себя первым…
Он лежал на полу, свет погас, аварийный не включился, искрила проводка, и уже ощутимо пахло дымом. Он не помнил, как он оказался на полу, но так и бывает при взрыве.
Рядом закашлялся полковник.
– Абу-эфенди! Абу-эфенди!
Полковник, цепляясь за стол, поднялся. У него к связке ключей был пристегнут брелок – фонарик, полезная привычка солдата бронетанковых частей, которому то и дело приходится куда-то лезть и что-то проверять или ремонтировать. Луч света обвел стены, поднявшуюся пыль, упавшие с потолка фальшпанели…
– Надо уходить…
Они выбрались в коридор. Там тоже искры, кое-где уже и пламя, выбирающиеся в коридор сотрудники. Но самое страшное – части здания не было, там была только пыль, и все. Видно было плохо, но это они видели. Только пыль и все.
