– Когда я жил при библиотеке, попадалось кое-что о параллельных мирах, других реальностях. Возможно, это оно и есть. Тогда понятнее становится, почему за той дверью улица. Находясь в кабинете, мы перемещаемся по разным реальностям, где всё вроде как у нас, но всё равно немного отличается.
Ворон выслушал его с приоткрытым клювом, моргнул и каркнул:
– Ничего не понял, мне такое сложно!
– Ладно, не бери в голову, – махнул лапкой Дон Вито. – Что-то я измотался. Давай отдохнем, поспим немного, наберемся сил перед ночным походом.
– Вот это хорошее предложение!
Паблито перелетел на спинку дивана и потоптался, выбирая местечко получше. Крыс всё-таки дернул за цепочку, включил лампу и настороженно обнюхал четкий желтый круг, будто этот свет мог иметь особый запах. Затем улегся в уютное тепло и задремал.
Регистро Севиль – отдел гражданской регистрации Феликс покинул уже после его закрытия. И персонал организации остался в полнейшем неведении, что полдня в здании пробыл кто-то посторонний. Пыль архивных книг принесла свои плоды – мальчик нашелся, звали его Алонсо Морено. По всей имеющейся информации можно было составить следующую картину: настоящие родители мальчика неизвестны, младенцем его оставили на ступеньках церкви. Ребенка усыновила семья Морено. С приемными родителями Алонсо прожил до самой смерти, причина которой анафилактический шок, непредсказуемая реакция организма на новый лекарственный препарат от болезни Педжета. Адрес семьи Морено несколько раз менялся, последним был указан пригород Толедо.
Дождь наконец-то прекратился и обратный путь Феликс решил пройти пешком. Переполненный влагой и зеленью воздух служил прекрасным освежающим душем после архива. Мужчина шел неспешным шагом по вымытым до блеска вечерним улицам, а за ним вереницей бледно-синих теней следовали воспоминания. Он ощущал тяжесть шпаги у левого бедра, фантомную усталость от долгой езды верхом и тепло в груди от предвкушения скорого возвращения домой.
Сменив маршрут, Феликс направился в сторону Дворца Архиепископа. Путь его лежал через улочку с домом Мигеля. Проходя мимо, он бросил взгляд на окно второго этажа, увидел опущенные жалюзи и замедлил шаг. Через пару метров мужчина остановился, развернулся и пошел в подъезд.
Дверь квартиры была чуть приоткрыта, в щели виднелась полоска электрического света. Феликс открыл дверь шире и в пустой комнате увидел сидящего на стуле парня с черным целлофановым пакетом на голове. К стулу Мигеля на совесть примотали скотчем. Он сидел, свесив голову на грудь, был жив, но находился без сознания. Сорвав пакет с обмоткой, Феликс уложил его на пол и принялся откачивать. Он делал непрямой массаж сердца, когда зазвонил телефон. Вытащив аппарат из кармана, Феликс мельком глянул на дисплей, увидел вызов от Петра с Павлом, сунул телефон обратно и продолжил реанимировать парня.
Вскоре Мигель судорожно вздохнул, хрипло закашлялся и разлепил длинные девичьи ресницы. Увидев склоненное над собой знакомое лицо, он слабо улыбнулся и поприветствовал:
– Ола, маэстро!
Феликс помог ему подняться, усадил обратно на стул и поинтересовался случившимся. Растирая грудь ладонью и надрывно кашляя, Мигель поведал, что с час назад пришли какие-то люди – двое мужчин, стали спрашивать про скелет. Он испугался, честно признался, что забрал его из гробницы, спрятал, но потом тайник выследил какой-то сеньор и увез проклятые кости в неизвестном направлении.
– Они требовали, чтобы я связался с вами, – болезненно поморщился Мигель, – но я не мог.
– Почему не мог? У тебя же есть мой номер.
– Я его удалил.
– Зачем?
– Я вас испугался, не хотел больше с вами никогда созваниваться, поэтому удалил.
После небольшой паузы, Феликс произнес:
– Доктора, случайно, не находили у тебя задержек в развитии, Мигель?
– Нет, а почему вы спрашиваете?
– Для лучшего понимания собеседника. Вставай, собирайся, возьми самое необходимое на пару дней.
– А что… куда…
– Поживешь пока в отеле. Или хочешь здесь остаться?
Парень вскочил со стула и заметался по комнате. Побросав в спортивную сумку какие-то вещи, документы, он натянул куртку-ветровку, с собачьим доверием взглянул на своего спасителя и сказал:
– Давайте уходить.
На улице стемнело. Ночь разлилась по узким каменным улочкам холодными сырыми чернилами. Удовольствие от спокойной одинокой прогулки улетучилось, теперь Феликс шел быстро, за ним едва поспевал Мигель.
– Маэстро, а в какой отель мы идем, где я буду жить? – спросил парень, поравнявшись со своим спасителем.
– В «Адольфо», – бросил Феликс.
– О, шикарное место! Я никогда…
– Ты можешь замолчать?
Мигель покорно умолк. Правда продержался он всего с полквартала и опять попробовал общаться:
– А почему вы не расспрашиваете о моих убийцах?
– О каких убийцах, они тебя не убили.
– Но собирались!
– И что ты можешь о них рассказать?
– Двое белых мужчин лет сорока.
– Это всё?
– Да.
– Так я и думал.