Берег под мостом терялся во мраке, но всё же рассеянные отблески иллюминации немного разгоняли темноту и позволяли рассмотреть картину. Мужчина в костюме лежал лицом вниз частично в воде, частично в грязи. Перевернув тело, Феликс убедился, что это Пиментели. У него оказалась сломана шея и можно было бы решить, что получил он смертельную травму, упав с моста, но на горле также имелась пара небольших проколов. Обсуждать при Мухине вампирский укус Феликс не стал, вернул тело в прежнее положение и сказал:
– Знакомьтесь, это наш новый клиент Себастьян Пиментели. Сегодня он обратился с просьбой разыскать свою пропавшую дочь и полностью оплатил услуги нашего агентства.
– Штош… – кашлянул Никанор Потапович, – разыщем, раз оплатил.
– А это… – сказал Гера, озадаченно глядя на очертания неподвижной черной фигуры, – его убийцу искать будем?
– За енто не уплочено, – назидательно произнес Никанор.
– Ну и что? – пожал плечами Сабуркин. – Попутно и найдем, можно подумать нам трудно.
– Нам не трудно, да только порядок быть должон! – старик поднял вверх указательный палец.
Никанор собирался развивать свою мысль, но тут неожиданное предложение внес капитан Мухин:
– А поехали в Мадрид? Что-то мне уже и надоело в этом вашем Толедо.
– Вы уже всё посмотрели, в Алкасаре были? – спросил Феликс.
– Да пёс бы с ним, с Алкасаром этим, – ответил Дмитрий. – Поехали прямо сейчас?
– Как будто нам что-то угрожает и надо стремительно улепетывать, – усмехнулся Валентин. – Я бы в крепость сходил, например.
– А я, например, проживу без крепости! Я в отпуск, между прочим, приехал, а не вот это вот, – Дмитрий ткнул пальцем в направлении бездыханного тела, – разгребать тут… всякое!
– Решим по дороге в отель, – сказал Феликс. – Поднимаемся.
Мужчины вернулись на мост, где на них немедленно обрушился град вопросов на русском и испанском.
– Возвращаемся в отель, – кратко ответил Феликс. – Променад окончен.
– Как в отель?! – всплеснула руками Тереса. – Просто возвращаемся? А вызвать полицию?!
– Хотите застрять в Толедо надолго и проходить свидетелем по делу? – вкрадчиво поинтересовался капитан Мухин. – Ходить регулярно по звонку в участок и отвечать на одни и те же вопросы, поражаясь бюрократической тупизне?
Тереса отрицательно качнула головой и первая поспешила к стрельчатой арке.
На обратном пути все невольно ускорили шаг, словно уходили от ответственности, как от погони. Всю дорогу Феликс молчал и только на подходе к гостинице озвучил свое решение:
– Я отправлюсь в Мадрид сейчас. Вы отдохните и поезжайте утром, всё равно вам торопиться некуда.
– Не-е-е, – с недовольным видом затянул Сабуркин, – вместе…
– А я?! – вдруг на весь квартал отчаянно выкрикнул Мигель, которому Гера привычно уже перевел на английский всё сказанное.
Взгляд Феликса медленно, словно прочертив в пространстве видимую линию, переместился на него.
– Что – ты? – произнес мужчина.
– Вы меня бросите?! Бросите тут среди… среди убийц?! – от волнения у парня дрожали губы, будто он вот-вот собирался разрыдаться.
– Тебе тоже стоит уехать куда-нибудь подальше, хоть на пару недель. Есть куда?
– В Гранаде родственники… – растеряно пробормотал он и снова завопил отчаянно: – Я с вами поеду, маэстро, с вами! Не оставляйте меня!
Феликс довольно долго смотрел на парня, будто рассматривал его в мельчайших деталях. Сотрудники агентства «ЭФ», неплохо изучившие своего директора, понимали, что в данный момент он, скорее всего, решает, можно ли извлечь еще какую-то пользу из этой возни. Видимо, какой-то смысл отыскался и мужчина сказал:
– Хорошо, берем тебя в Мадрид, оттуда отправим в Гранаду. Поедешь утром с группой.
– Нет! – Мигель бросился было к Феликсу, но Гера успел его перехватить. – Поеду с вами, маэстро! Только с вами!
– Со мной тебе ехать нельзя, – в его спокойном голосе отчего-то прозвучала едва уловимая мягкая грусть. – Утром или остаешься в Толедо.
Перспектива уехать утром была всё же лучше, чем оставаться в Толедо, это даже Мигель понимал. Поэтому парень энергично кивнул кудрявой головой и встал рядом с Герой, всем своим видом показывая, что далее не собирается ни на шаг отходить от своего компаньона и переводчика.
Поднявшись в номер, Феликс первым делом позвонил Бертине и о чем-то долго разговаривал с ней. Под конец разговора в его комнату стали потихоньку стягиваться сотрудники, решившие всё же пообщаться без посторонних со своим директором перед его отъездом.
Завершив звонок, Феликс объяснил, почему решил уехать в Мадрид незамедлительно: