Герман разбирал свою постель, когда почувствовал, что в комнате они с Мигелем не одни. Не выпрямляясь, парень замер с покрывалом в руках и поводил глазами по сторонам. На балконе кто-то стоял. Чуть повернув голову, Гера прищурился и рассмотрел незваного гостя – черный мужчина в джинсах и майке. Вроде не было в нем ничего особенного, вот только одежда необъяснимым образом смотрелась на нем частью самого мужчины.
Стараясь не совершать резких движений, Герман медленно опустил руку и потянул из-под подушки высокотехнологичное изделие Сабуркина – складной осиновый кол. Черный человек немного пододвинулся к линии света, никак не шевелясь при этом, и стали видны его широко раскрытые полностью белые закатившиеся глаза. Гера выпрямил разделенную на две части полированную палку с остро заточенным концом, соединительный металлический крепеж едва слышно щелкнул. После бросил взгляд на Мигеля – тот так и лежал с закрытыми глазами. Понадеявшись, что парень крепко спит и музыка в его наушниках достаточно громкая, Герман резко выпрямился и бросился к балкону, решив опередить вурдалака и не позволить ему проникнуть в комнату.
С первого удара пробить грудь не вышло, получилось лишь неглубокое отверстие рядом с сердцем, но удар отбросил монстра обратно, подальше на балкон. Упырь ощерился, показал клыки, как дикий зверь и попытался прыгнуть на парня. Но некая невидимая сила, стеной окружавшая человека, небрежно отбросила нечисть так, что он перевалился через балконные перила и полетел вниз. Пару раз еще взмахнув осиновым колом по инерции, Гера подбежал к перилам и увидел удаляющуюся фигуру. Неестественно выгнувшись назад, черный мужчина шел по шоссе навстречу движению и машины истерически сигналили, объезжая его. Понаблюдав за столь экстремальной дорожно-транспортной ситуацией, Герман опомнился и ринулся с балкона в комнату и оттуда – в коридор. С колом наперевес он пробежался, поочередно постукивая в двери своих друзей. Двери сразу стали открываться, словно никто и не ложился.
– Нормально у вас, тихо? – спросил Герман, остановившись в конце коридора.
Всё у всех оказалось спокойно и благополучно. Взглянув на странную заточенную палку в руке молодого человека, Инна поинтересовалась:
– Это еще что у тебя такое?
– Да так, – с досадливой гримасой Гера туда-сюда помахал деревяшкой, – сувенир оригина…
Тут его взгляд остановился на одной не открывшейся двери – комнаты капитана Мухина. Перехватив кол поудобнее, Герман сжал его крепче и крадучись направился к номеру полицейского. За ним потянулись и Сабуркин с Никанором, которым прекрасно было известно, что за палку принес Гера.
Дмитрий в одних трусах лежал на кровати, разбросав руки-ноги, и звучно храпел с присвистом. А в балконном проеме стояли двое мужчин с закатившимися глазами – белый и латинос. Валентин вскинул раскрытые ладони, взлетели все незакрепленные металлические предметы в комнате и шрапнелью полетели в монстров. Следом, выпустив когти, на упырей бросился Никанор Потапович.
Не медля, Сабуркин выхватил у Геры осиновый кол, самого парня отодвинул плечом в сторону и поспешил на подмогу секретарю.
Под когтями оборотня мертвая плоть расползалась, как гнилая ткань и дымилась. Поочередно Никанор отбросил обоих обратно на балкон, где Валентин и добил незваных гостей, ловко орудуя осиновым колом.
Хлопки и вспышки со снопами разлетевшихся искр разбудили Дмитрия. Широко зевнув, он обвел сонным взглядом номер, вскользь глянул на стоявшего у двери Геру и посмотрел в сторону балкона, в проеме которого виднелись Никанор с Валей. С тихим дробным стуком что-то вкатилось в комнату. Мухин приподнялся на локтях и часто заморгал веками, разглядывая округлый предмет, напоминающий обугленный человеческий череп. Сабуркин поспешно шагнул в комнату, носком ботинка отфутболил череп обратно на балкон и произнес добродушно:
– Дим, ты спи. Мы как уйдем, дверь прикроем.
– А-а-а… – затянул, было, капитан, но отчего-то передумал продолжать.
Пожав плечами, он улегся, отвернулся лицом к стене и снова захрапел.
Феликс отвез Берти в район Ретиро, оставил у входа в дом и поехал дальше – в район Саламанка. Он считался одним из лучших районов Мадрида и назывался в честь уроженца Малаги Хосе де Саламанка-и-Майоля, маркиза де Саламанка, организовавшего его строительство в девятнадцатом веке. Маркиз был личностью весьма известной, занимал пост министра финансов и владел, должно быть, самым большим состоянием в Испании. Лично с Хосе Феликс не общался, но знавал его жену Петронилу. Маркиз так и не узнал, сколько раз в его непростой жизни выручала незримая сила и приходила тайная помощь в ответ на горячие просьбы его супруги.
Остановился Феликс напротив старинного здания, первый этаж которого занимали магазины, остальные четыре были жилыми. Изящная лепнина, кованые решетки балконов, высокие застекленные веранды – дом выглядел образцом спокойного зажиточного благополучия. На двери имелся кодовой замок, список жильцов с номерами квартир и кнопками звонков напротив каждой цифры.