– Там, где могут насильно удерживать чужие души – на бывшей спецдаче революционера Генриха Ягоды в Химках, – ответил Феликс.
Лица людей вытянулись, даже Никанор Потапович сдвинул очки на кончик носа и уставился на директора поверх оправы.
– И откуда у нас вдруг взялась такая информация, кто поделился? – озадаченно поинтересовался Сабуркин.
Феликс перевел на него тяжелый взгляд и сухо произнес:
– Древнескандинавский демон.
– Ну, ладно, ладно, не хочешь – не говори, – Валентин примирительно поднял руки. – В конце концов, не все источники стоит раскрывать, главное, чтобы они правду говорили.
– И он что, конкретный адрес назвал? – полюбопытствовала Алевтина.
– Нет, конечно, – ответил Феликс. – Мне хватило линий и цветовых пятен, чтобы понять, о каком здании идет речь. Я бывал там в девятьсот шестом году, когда особняк вместе с суконным предприятием, которое в нем располагалось, приобрел московский купец Иван Гельтищев. После революции особняк национализировали и переделали под дачу наркома внутренних дел, директора НКВД Генриха Ягоды.
– Его вроде расстреляли в году тридцать седьмом? – наморщил лоб Гера.
– Тридцать восьмом, – поправил Феликс. – К делу это всё равно не относится. Здание давно заброшено, но в руины не превратилось. Вероятно, там мы сможем найти кое-что интересное.
– Тогда по коням? – хлопнул в ладони Сабуркин.
– Да, выходите, догоню сейчас.
Люди потянулись к выходу, а Феликс пошел в свой кабинет.
Спустя пару минут на крыльце он появился со своей дорожной сумкой на плече. Даже издали становилось понятно, что именно находится в сумке, но никто не стал спрашивать, с какой такой целью испанскому скелету тоже необходимо прокатиться на дачу директора НКВД.
Ехать решили компактно. К Феликсу сели Гера с Никанором, остальные к Алевтине, и машины тронулись в путь. Шоссе оказалось относительно свободным, смело можно было рассчитывать к полудню оказаться в Химках. По дороге раздался звонок от капитана Мухина, и Феликс включил громкую связь.
– Какое-то мракобесие полнейшее в этом клубе! – принялся возбужденно докладывать Дмитрий. – В подвале больничная палата, представляешь? Койки, капельницы и десять подростков без сознания, к каким-то аппаратам подключенные! Инна сказала, это техника для забора крови! А еще, когда мы зашли, все окна пооткрывали, как ты сказал, и вдруг начало что-то взрываться! И вроде огонь, пламя столбом, но не загорелось ничего, как-то обошлось без пожара, не знаю, как! Какая-то пиротехника развлекательная, что ли? Я не понял!
– Пиротехника, да, она самая, – сказал Феликс. – Люди там были, работники клуба?
– Шесть человек! Сопротивления не оказали, помог эффект неожиданности, что мы дверь сами открыли и вошли! Они все странные какие-то, как под таблетками! Подкрепление, скорую я вызвал, сейчас разбираемся пока на месте! Сколько еще здесь проторчим не знаю, выскочил вот на улицу тебе звякнуть…
– Наши мальчики там?
– Да, оба! Как узнаю, в какую больницу их повезут, дам знать, можно будет сообщить родителям! Ладно, пойду внутрь…
– И оставайся на связи. Возможно, сегодня еще понадобится твоя помощь.
– Да, конечно, звони!
Феликс взял аппарат и сунул в карман пиджака. Пару минут в салоне стояла тишина, затем Гера сказал:
– Чертова секта наверняка в курсе происходящего. Если они своих убивают направо-налево, почему нас не останавливают, не препятствуют? Или всё еще впереди?
– Они не могут, – сдержано произнес Феликс, неотрывно глядя на дорогу.
– Почему энто? – поинтересовался Никанор.
– Потому что я тоже часть творящейся истории.
– Не уразумели!
– Да и не надо.
К Химкинскому лесу они добрались даже раньше, чем рассчитывали. Заехав в чащу, насколько было возможно, машины остановились. И Никанор сказал:
– Пробегусь-ка я, обстановочку разнюхаю! А вы туточки покамест обождите.
Феликс утвердительно кивнул. Выйдя из автомобиля, старик отошел в сторону, за поваленные деревья и вскоре оттуда вышел крупный зверь, похожий на волка с длинной серо-седой шерстью. Встряхнувшись, волколак обернулся, взглянул на машины янтарно-желтыми глазами и побежал в чащу, скрывающую заброшенный особняк.
Открыв дверцу, Феликс вышел из салона, следом за ним показались и остальные. Ясный легкий день наполнял весенний лес чистотой, прозрачностью и заливистым птичьим пением. Юная зелень сверкала в солнечном свете, словно каждый листок сам по себе светился изнутри торжественной радостью жизни. Природная красота мигом развеяла мрачные тени, затянувшие в лесную чащобу сотрудников агентства «ЭФ».
– Красота какая! – Арина глубоко вдохнула пряный воздух и подставила лицо теплым золотым лучам. – Сейчас бы просто погулять…
– А не вот это вот всё, ага! – улыбнулся Гера.
Парень прищурился, глядя на березовую ветку над головой девушки. Ветка плавно наклонилась и пару раз провела по щеке Арины, погладила хрупкими резными листочками. Девушка ойкнула от неожиданности и рассмеялась.
– Грибы пойдут, надо будет организовать коллективный выезд на природу, – сказала Алевтина, деловито поглядывая по сторонам. – И погуляем, и польза заодно.