– Хватит дрыхнуть! Здесь черт-те что творится, а у меня нет ног, чтобы убежать самому, – поприветствовал его с тумбочки череп Сола.
Заручившись помощью спинки кровати, Александр поднялся на ноги.
«Подустал я от ненастоящих миров», – он присел на краешек постели и осторожно похлопал Эллис по щекам.
Во время третьего замаха девушка молниеносно перехватила его кисть.
– Еще одна пощечина, и я сломаю тебе руку, – сообщила Эллис, открыв глаза.
Девушка довольно бодро вскочила с ложа и, хотя ее глаза на миг затуманились, устояла на ногах. Оглядев свое одеяние, Эллис скорчила недовольную рожицу.
– Вот это наша девчонка! А то были какие-то платьица-цветочки, – согласился череп.
– Зато ты, смотрю, собран как никогда, – с издевкой фыркнула девушка.
Александр мог бы припомнить и другие деликатные подробности этого вечера, но, вовремя заметив гневный взгляд Эллис, успел прикусить язык.
– Ты все же мне поверила. Но как ты прервала сон?
– Вытащила нож и вонзила в себя, – медленно проговорила Эллис. – Причем до сих пор не знаю почему. Конечно, во сне умереть нельзя, но если бы это был не сон…
Сквозь открытые ставни всю комнату осветила вспышка, и в раме напротив окна загорелся шедевр неизвестного портретиста. Александр растянулся на полу, ожидая еще одного огненного шара. Но действо пока что прекратилось.
– Да что тут успело случиться? – чертыхнулся он, вставая.
– Об этом и толкую, – проскрежетал череп. – Там во дворе местные устроили фейерверки с гуляниями. И под шумок нам хорошо бы убраться.
– Алекс, ты отправляйся с нашим суповым набором спасать Мидаса, – Эллис взвесила вместо оружия в руке канделябр. – А я пока займусь мародерством. Кроме того, нам все еще нужно забрать сувенир для нашего нанимателя. Пойду поищу какой-нибудь артефакт этой ведьмы.
– Только будь осторожней, – отпускать ее одну не хотелось. Но девушке явно нужно было пару минут побыть наедине с собой, собраться с мыслями.
– Ты тоже смотри по сторонам, – на миг Эллис улыбнулась, а затем выскочила в коридор.
– Я что-то упустил или у нее из головы еще не вся дурь вышла? – прокомментировал череп.
– Тебя оставить на полке книги подпирать? – вместо ответа поинтересовался Александр.
– Молчу-молчу.
В покоях Мидаса было прохладно, и неудивительно: часть стены замка обратилась в прозрачный лед. Замерзшая кладка уже начала оттаивать, и на полу собрались лужи. Сквозь лед доносились яркие вспышки – во дворе продолжалось фееричное представление выездного театра магии.
Изрядно поднаторев в разрушении деревянных полов, Александр затратил всего пару минут, чтобы открыть символы под кроватью Мидаса.
– Как долго я отсутствовал? – спросил он, собираясь с мыслями перед погружением в очередной кошмар.
– Минуты полторы от силы, – ответил Сол. – А что ты видел во сне нашей девчушки? Спорю, она там не цветочки собирала.
Вместо ответа Александр коснулся сияющих линий.
Переждав вспышку холода, Александр огляделся.
Перед ним было смутно знакомое крыльцо, остальной фасад здания размывался и исчезал в паре шагов. Оглянувшись, он увидел расплывчатые очертания цветущего дворика, хотя в прошлый раз он был настоящим царством запустения.
Мидасу грезился его собственный дом в Ардасе.
«В тихом семейном особнячке обычно не ходят толпами оружные люди, – размышлял, подбадривая себя, Александр, но тут он вспомнил собственные сны. – Хотя кошмары особой логикой не отличаются. И даже сковорода может стать орудием массового уничтожения в нужных руках».
В ответ на стук дверь моментально распахнулась, и перед Александром предстал улыбающийся Мидас. Выглядел толстяк как обычно, только не было уже привычных перчаток из диэнергетического сплава.
– Привет, Мидас, думаю, ты очень рад меня видеть и совершенно не понимаешь, как я тут очутился, так? – решил ускорить процесс Александр. Долго шастать по чужим галлюцинациям его не прельщало.
– Безусловно, я обрадован, но ты же должен был… – Мидас замолчал, уставившись на него в ожидании подсказки. Позади толстяка возник силуэт женщины. – А ты, должно быть, незнаком с моей женой?…
– Нам нужно срочно поговорить, это очень важно, – Александр завел правую руку за спину и расставил пошире пальцы.
«Здесь всем управляет сознание Мидаса, и существует только то, во что верит сам толстяк. А я уже знаю способ, как его отсюда вытащить».
– Времени объяснять нет, так что просто знай: в моей правой руке лежит острый кинжал.
Пальцы сжались на тут же возникшей рукояти. Не медля, он сделал выпад, но Мидас чудом увернулся и бросился бежать по коридору.
Дверь за спиной захлопнулась, отрезая Александра от тумана, но стены дома уже начали блекнуть и развеиваться. Из-под порога пробилось первое щупальце серой мути. Чертыхнувшись, Александр бросился было за толстяком, но услышал за спиной скрежещущий голос:
– Чужой, умри! – Облик «жены» толстяка размылся.
На ее месте вытянулась однородная беспросветная тьма, похожая на тень человека. И, хотя существо уже стояло в разъедающем сны тумане, оно не исчезало, будто не имея никакого отношения ко сну.
