Ясмин не нужно было повторять два раза ,она всегда все понимала: душевные переживания. смятение, просьбы. В последнее время связь между ними усиливалась. Где-то почти под поверхностью сознания образовывался пласт чувств, эмоций и мыслей принадлежащих только ей. Она стала для Зарьяна не просто близким человеком. Она становилась частью его самого, точно так же как и Мантикора был частью личности Зарьяна. И. странно это не пугало вовсе. Так приятно было ощущать ее всю, знать ее настроения, воспринимать ее мысли. Черт знает, в чем тут было дело! То ли их любовь так невероятно сильна и они предназначены были друг другу изначально и в чем Зарьян ничуть не сомневался, то ли невероятная энергия ведьмы, которую она отдает своему мужчине после совместной ночи, туго связывала их теперь. Впрочем, и то, и другое- прекрасно!
Ясмин отпустила его руки и помогла Ангелусу развести огонь. Затем она достала из своей наплечной сумки котелок и привычные за время путешествия травы для чая, сыр лепешки, вяленое мясо. Ангелус принес с улицы емкость , напоминающую по форме ведро с о свежей, недавно пойманной рыбой. Вместе они занялись жуткой работой: начали чистить и потрошить рыбу. Зарьян предложил свою помощь. После этого получил в руки нож и несколько клубней овоща, сильно смахивающего на картофель. Пока работа кипела , Ясмин рассказала Ангелусу все : начиная со своего "перехода завесы" до того момента, как они вышли из портала-пещеры в четвертой части резервации. Ангелус внимательно слушал, не перебивая и ,только когда она описывала превращения Зарьяна в Мантикору посматривал в его сторону. Казалось он хотел что-то сказать, но всякий раз передумывал. И. только когда Ясмин закончила свой рассказ, он наконец спросил:
-Зарьян, Тебе всегда тяжело давались превращения?
Зарьян задумался, потом ответил:
- Почти всегда это больно. Но был момент – он покосился на Ясмин. Ему не хотелось напоминать ей о попытке Дорвана надругаться над ней. – когда Дорван напал на Ясмин , мной владел чистейшей воды гнев, но он не лишал меня разума, напротив наполнял его четким знанием, что надо делать. Я направил Зверя в руку, и она стала лапой Мантикоры. Но полного превращения удалось избежать. Это единственный случай, когда после обратного превращения я не потерял сознания и не чувствовал себя больным.
- Это очень хорошо. Ты силен. А значит освоить намеренное превращение и частичное будет не сложно. И. когда Ты все это освоишь , сдерживать Зверя тоже сможешь без труда.
Когда овощ, как и полагается картофелю, было уже сварен в кипящей воде, а рыба жарилась нанизанная на тонкие молодые веточки, наполняя аппетитным ароматом всю пещеру, Ангелус убрал мусор. Зарьян показал Ясмин как сделать овощное пюре, добавив в котелок к клубням горячей воды, чем поразил ее неимоверно. Пока Ангелус не слышал, она шепнула ему, что если бы не любила его так сильно, то сейчас влюбилась бы непременно.
Ангелус с благодарностью принял от Ясмин чашку горячего травяного чая и, попивая ароматную жидкость, довольно щурился, словно кот поевший сметаны.
- Я могу много рассказать Тебе о Тебе самом, о Твоих родителях, о том почему и как Ты оказался в человеческом мире, но не сегодня – сказал он. – Сегодня Ты должен отдохнуть и подготовиться к тому, чему Тебе предстоит научиться. Точнее говоря, Вам! Не знаю хорошо это или плохо . что Вы спите вместе, но это может очень помочь Зарьяну в битве с Нечто.
Зарьян в ответ на это промолчал, а Ясмин покраснела и потупила глаза.
- Я проведу эту ночь под открытым небом, мне потребуются глубокие медитации. Погода способствует. Моя кровать в Вашем распоряжении. Не сдерживайтесь, Вам нужен энергообмен. Только очень вас прошу не заниматься этим всю ночь и хорошо выспаться.
Когда Ангелус ушел , Ясмин скинула одежду и помогла Зарьяну избавиться от рубашки и джинсов. Они забрались под гигантскую мягкую, меховую шкуру, служившую хозяину вместо одеяла.прикосновение обнаженного тела девушки как ни странно успокаивало. Сегодня Зарьяну хотелось утешения и долгих нежных прикосновений. Ясмин , еще такая неопытная в любви была робка. Но это было как раз то, что нужно. Он позволил ей изучать свое тело: гладить. Целовать. Впервые за все время, что они были вместе, занимались они этим медленно и нежно. Ясмин была просто восхитительна сверху, настоящая валькирия в пылу страсти. Засыпали, они не столь утомленные, сколько наполненные друг другом до краев.
Зарьян открыл глаза, и яркий солнечный свет заплясал в зрачках. Он поморгал и, когда глаза привыкли к нему, повернул голову. Ясмин не спала. Приподнявшись на локте ,она смотрела на него спящего с бесконечной нежностью, и все ее чувства отражались на миловидном лице. « Люблю, люблю, люблю» - кричали ее глаза, и Зарьян уже в который раз подумал о том, что ему стало так легко « читать» ее потому ли, что они влюблены или потому, что между ними растет метафизическая связь.
- Давно Ты смотришь на меня?
- Не смотрю, любуюсь!
