В темном помещении, куда едва проникали слабые лучи закатного солнца, было яблоку негде упасть. Весь сарай оказался заполнен людьми, которые будто спали стоя. Поддерживая и опираясь друг на друга, они просто таращились пустыми глазами куда-то перед собой, никак не реагируя на нас с Трумелом.
Почти на каждом из местных жителей, запертых в сарае, я смог разглядеть следы мутаций. Гипертрофированные руки и ноги, визуальные уродства на лицах, раздутые животы. Очевидно, здесь разгулялась какая-то злая магия, которая исказила местных жителей, превратив их в чудовищных марионеток.
Ближайшие к пролому существа, разбуженные падением Трумела, начали медленно поворачиваться в сторону раздражителя. На руках молодой темноволосой девушки я увидел длинные когти, которые больше походили на кинжалы. Замахнувшись своей чудовищной лапой, она была готова вспороть замешкавшемуся разведчику брюхо, но я успел схватить его за ноги и дернуть на себя.
Когти мутанта нашли лишь сырую землю.
Вскочив на ноги, Трумел поблагодарил меня кивком, и мы вместе ринулись наружу, оставив толпу чудовищ позади. Оглянувшись перед тем, как припустить в сторону площади, я заметил, что остальные селяне тоже начали просыпаться. Проворачивая зрачки в своих темных глазницах, они все стали смотреть на меня и медленно ковылять к выходу. От этого ужасного зрелища кровь начинала стынуть в жилах, и я решил, что медлить не стоит. Пропустив вперед себя Рисли, замыкающего строй разведчиков, я побежал следом за ним. Благо, до конца сарая оставалось лишь несколько метров.
Наконец, отряд выбежал на привратную площадь, но лишь для того, чтобы вновь замереть в ужасе.
Прямо перед входом в барбакан двумя рядами тянулись колья с насаженными на них человеческими телами. Колья выходили в области плечей или шеи, и по отполированным до блеска древкам расплывались пятна засохшей крови. Вонь на площади стояла соответствующая — шутка ли, почти три десятка трупов, что провисели на солнышке явно не один день! Несмотря на явные следы разложения и плохо сохранившуюся одежду, перепачканную кровью, одного из мертвецов Рисли узнал:
— Эй, вы только гляньте! Это же профессор Марвейс! — ткнул он пальцем в пожилого человека, чье облезлое лицо застыло в жуткой гримасе с распахнутым в немом крике ртом. На носу мертвеца остались висеть золоченые очки в тонкой оправе, а одет он был в ярко-пурпурный балахон, пропитанный багрянцем.
— Кто такой? — спросил я, поглядывая назад, на проход между сараев. Пока преследователей видно не было.
— Это ж главный колдун в этих… Как их? Коммуналис, в общем. Местных колдунов!
— Откуда ты его знаешь? — поднял брови Трумел.
— Так ведь приезжал он в Гольново не так давно! Как раз с месяц назад. Выступал на городской площади, рассказывал что-то про новый вид тягловых животных, для пахоты, мол, породу бычков выводят.
— Тебе-то в этом какой интерес?
— А чего еще делать, пока Шестой в городе расквартирован? — пожал молодой солдат плечами. — Я стараюсь ничего важного не пропускать.
— Итак, магистр Марвейс, глава дисциплес Коммутацис, насажен на кол у ворот собственного замка, в то время как жители окрестных деревень дружненько мутировали и принялись отращивать здоровенные когтистые руки. Подозрительно, не правда ли? — истерично засмеялся Давур. — Мы как будто в кошмарном сне очутились!
— Ну-ка тихо! — шикнул командир и показал знаком: пригнитесь!
Мы дружно метнулись в сторону какого-то закутка в стене барбакана, позади насаженных на колья магов. Вдруг откуда ни возмись, с дальнего конца на площадь вышла группа полуголых людей, одетых лишь в легкие накидки и украшения из птичьих перьев.
Не может быть!
— Эрветы? — шепнул я, бросив короткий взгляд на Давура. Тот беззвучно кивнул.
Человек семь эрветов, явно не самого низкого положения в племенах, уверенно протопали прямо ко входу в барбакан. Один из них со знанием дела вошел в боковую дверцу, которая оказалась незапертой, и поднялся на самый верх, к запорному механизму. Прокрутив поворотное колесо, он поднял железную решетку, и эрветы всем скопом прошли в крытый коридор, уходящий к замку. Все это они делали спокойно и без суеты, будто уже не раз здесь бывали.
— Солус Великий, что происходит?! — злобно зашипел я на ухо Трумелу. — Откуда тут эти ублюдки? Линия фронта как минимум в трех неделях пути на север!
— Эрветы знают свои леса и здешнюю степь как свои пять пальцев, — отозвался Давур. — Не думаю, что наши условные линии наступления играют для них хоть какую-то роль.
— Но какие дела у них могут быть с дисциплес Коммутацис? — продолжал я. — Они же враги!
— Не думаю, что маги вообще живы, — скорбно покачал головой Трумел. — Либо у них что-то вышло из под контроля, и магия стала превращать все живое вокруг в мутантов, в том числе их самих… Либо эрветы устроили диверсию и перебили их всех. В любом случае мы с вами тут больше ничего не сделаем. Надо отступать в Гольново, чтобы сэр Арчет знал о творящейся тут чертовщине.
