Имали стало страшно. Она мысленно перебрала всех, кто мог знать о письме от вождя рхунов.
– Фэйн решил устроить ловушку. Он пригласил рхунку в качестве посла, чтобы обсудить мирный договор, однако ему нужен вовсе не мир, а секрет.
– Какой?
– Рхунка, за которой поехал Мовиндьюле, умеет создавать драконов, точнее, тварей, коих Лотиан считает драконами. Фэйн хочет выведать у нее этот секрет.
– Понимаю, – кивнула Имали.
– Сомневаюсь. – Трилос наконец взглянул ей в глаза. – Точнее, мне кажется, ты видишь не то, что есть на самом деле.
– В каком смысле?
Он улыбнулся.
– Ты замечаешь очевидное, только не в силах сделать верный вывод. Совсем как моя сестра – старшая, не младшая. – Трилос говорил так, будто Имали хорошо знала его семейство. – Она была чересчур умна, но зачастую не может сложить два и два. Зато вы обе хитрые и коварные, и это облегчает вам жизнь.
Имали обратила внимание, что он говорит о своей сестре – старшей, не младшей – сразу в прошедшем и в настоящем времени, хотя и не придала этому значения.
– Так что же я упустила?
– У тебя недостаточно деталей, чтобы составить целостную картину. Жди неудач. Без сложностей не обойдется. Ты уверена, что делаешь все возможное, однако этого недостаточно. Тебе нужен второй миралиит, иначе ничего не выйдет.
– Вот чего ты не знаешь и пока не можешь понять, – продолжил Трилос, – второй миралиит не обязательно должен быть фрэем.
– Ты нашла Мовиндьюле? – спросила Макарета, как только Имали переступила порог. – С ним все в порядке?
– Не подходи близко к двери. Что если бы это была не я, а кто-то другой? – Имали поспешно захлопнула дверь.
– Я знала, что это ты; мне подсказало Искусство.
– Тебе нельзя пользоваться Искусством!
Макарета удобно устроилась на кушетке. На полу валялись тапочки в виде мышек. На усыпанном крошками столе стояли три грязные кружки.
– Я не пользовалась Искусством!
– Ты же только что сама сказала.
– Ты не понимаешь, как оно работает.
Имали неторопливо сняла плащ, стараясь не сорваться на крик.
– Так просвети меня.
– Пользоваться Искусством – все равно что разговаривать: действительно, кто-то может заметить. Но с его помощью можно не только разговаривать, но и слушать. Ты же не замечаешь, когда тебя кто-то слушает. И чего ты так разозлилась?
– Я вовсе не разозлилась.
– А Искусство мне подсказывает…
– Хватит уже! – Имали в гневе швырнула плащ через всю комнату. Макарета в изумлении смотрела на нее, открыв рот. – Ну ладно, я слегка вышла из себя.
– Почему? С Мовиндьюле все в порядке? – озабоченно спросила заклинательница.
Имали удивилась. Девчонка использовала принца в своих целях, бесстыдно им манипулировала, заставила предать родного отца и тем не менее…
– Полагаю, у него все хорошо.
– Что значит «полагаю»?
– Нет оснований думать, что с ним произошло что-то плохое, хотя я не могу это подтвердить.
– Почему? Где он?
Имали со вздохом подняла плащ.
– Отец отправил его сопроводить рхунскую пленницу в Эстрамнадон.
– А, ясно. – Волнение Макареты улеглось. Девушка вновь опустилась на кушетку, однако тут же обеспокоенно спросила: – Погоди… тогда что не так?
Не говоря ни слова, Имали повесила плащ на крючок.
Мне трудно избавляться от вещей: старой одежды, прохудившихся башмаков, рваных ремней, безнадежно перепутанных ниток, даже от людей, которые меня обидели. Как выясняется, иногда они могут пригодиться.
Тресса споткнулась о кувалду, наполовину скрытую в густой траве. Если бы она упала, то расквасила бы нос о каменный горн.
