Эра Волка полностью

Сон долго не шёл к нему, зато без конца лезла в голову всякая галиматья. Грезился ему Сатанаил, пытающийся слепить из куска жидковатой глины человека. Причем Сатанаил имел подозрительное сходство с мужиком из Катиного блокнота. Выходило у него это прескверно, форма оседала, и творение его комично деформировалось, припадая то на одну ногу, то на другую. В конце концов, кривенький и косенький человек ожил и побрел к своему создателю, подобострастно кланяясь и подвывая.

Затем, как это частенько бывает в полудреме, картинка резко сменилась. Известная ему ещё с детских лет притча о совращающем Еву змее представала в новом свете. Вокруг огромного дерева бродили глиняные уродцы и слушали песнь чешуйчатого переливающегося всеми цветами радуги змея. В своей песне он учил глиняных уму разуму, а именно, хитростям соития, так как несчастные создания не умели размножаться. Ну конечно, подумалось Денису в полудреме, Сатанаил им, наверное, не сказал, когда уходил по своим делам «плодитесь и размножайтесь».

Когда же его, наконец, сморило, видения приобрели совсем уж криминальный характер. Снилось ему, как чешуйчатый в компании с неотесанным бородатым мужиком, размахивающим набедренной повязкой, гоняются по необъятному полю за визжащей Катериной. Как они её настигают и пытаются стянуть платье. Как Катерина отбивает мужику причинное место и, вырываясь, бежит дальше. Мужик воет от боли, но продолжает ползти за Катей. А змей делает коварный бросок и окольцовывает девушку, стягивая на хрупком мраморном тельце свои переливчатые кольца. Катя издаёт отчаянный вопль, и Денис, наконец, просыпается.

— С добрым утром, — пробубнил он, стирая со лба бусины пота.

За окном смеркалось, холодная сизость октября высасывала из пасмурного дня последние соки. Денис встал, чувствуя, как ломят кости, будто он, а не Катерина бежал по бескрайнему полю, будто это его сковывало радужное тело змея.

— Чертовщина какая-то, — выругался он, закуривая и ставя на плиту чайник.

Тут Денис вспомнил, что ему ещё предстоят бетонные работы, а он так и не наведался в строительный магазин.

Наскоро докурив и заварив кофе прямо в чашке, он пошёл одеваться. Вчерашнюю одежду он ещё утром загрузил в машинку, опасаясь, что и на нее могла попасть «звездная пыль», а вот достать забыл. В джинсах недостатка у него не было, но тёплый свитер имелся всего один.

Повздыхав, Денис отыскал в шкафу водолазку и жилет, но облачиться во всё это не успел, где-то в районе ванной комнаты зазвонил телефон.

— Да иду уже, иду, — кричал он незримому звонившему, волоча за собой джинсы. — Ало!

— Диня, ну слава богу! — раздался взволнованный голос Родика.

— Ты чего, Родион, в Бога уверовал?

— Да причем тут это! — раздраженно выкрикнул он, — Я до тебя с трёх часов дозвониться не могу.

— И ты, что же, подумал, раз я трубку не беру, так меня значит уже черти в ад тащат?

— Да ну тебя с твоими шутками, — обиделся Родя. — А ты чего, кстати, трубку не брал?

— В магазин ходил, телефон дома забыл.

— Три часа по магазинам ходил?

— Я чё-та не понял, Родь, ты меня допрашиваешь что ли? — возмутился Денис.

— Я нет, а вот Павел Вениаминович не прочь с тобой потолковать, — проговорил Родя и судя по нескладной дикции, опять как в детстве жевал ногти.

Волнуется, понял Денис, зная старинную привычку друга.

— Ну, так пусть звонит, если ему есть что мне рассказать, — проговорил он вслух, деланно небрежным тоном.

— Беда в том, Динь, что он не рассказывать хотел, а расспрашивать, — заговорщически изрёк Родик.

— Ну не проблема, расскажу всё, что знаю, — пообещал Денис, — только вот знаю-то я совсем немного.

— Ну-ну, — пробурчал Родя.

«В курсе уже, что квартирка вскрыта», — понял Денис.

— Ты, Родик, загадочный сегодня какой-то, случилось у вас что?

— Случилось, Диня, случилось, — сдавленным, не своим голосом проговорил Родя, — но я думал, ты сам мне обо всём расскажешь, я те друг как-никак.

— Родя! — прикрикнул Денис, — ты это, голову-то мне не морочь, и скажи, что у вас стряслось. Потому как я твои ребусы решать сейчас не в состоянии — надрался я вчера опять. Каюсь, без тебя, но если ты за это на меня зол, так не обижайся, водяра палёная оказалась, до сих пор назад лезет.

— То есть ты реально вчера накидался в хламину? — с подозрением спросил Родик.

— Ну да! Но чувствую, что это уже перебор. Короче, решил я завязать! Не дело это, из-за бабы сопли распускать, какая бы она распрекрасная не была. Сейчас халтурок подыщу, ленивыми студентами земля полнится, так что без работы не останусь. В общем, денег подзаработаю и на юг здоровье поправлять! Ты со мной?

— Не, — с тоской протянул Родик, — боюсь, меня в ближайшее время не отпустят. Сегодня ночью взломали квартиру Кати, а в десять утра у нас нарисовались ещё жертвы, — печально поведал Родя.

— Ни-и-и-и… чего себе! И кто на этот раз?