Эра Волка полностью

— О-о-о ты уже в курсе, какой кофе предпочитает больная? — улыбаясь, протянул Денис. — Следствие использует все возможные способы воздействия на свидетеля?

— Как и ты, полагаю, — в тон ему ответил Родик. А потом неожиданно нахмурился и, пожевав нижнюю губу, спросил у друга в лоб, — ты спал с ней?

— Что?!

— Я прошу тебя, ответь мне как другу, потому что если ты был с ней, то после тебя мне там делать нечего.

— С чего ты взял?! — недоумевал Денис.

— Проходили уже, — поиграв желваками, осветил Родик. — Маринку с десятого «А» помнишь? Не помнишь, — протянул он, видя замешательство друга. — А у меня вот осталось в памяти, как я ходил за ней целый год, как упрашивал её прийти на мою восемнадцатую днюху, и как ты на этой днюхе заперся с нею в ванной, а на утро даже не помнил об этом.

— Давай сейчас вспомним всех обесчещенных мною девиц, — огрызнулся Денис.

— Не надо всех, достаточно одной Маринки, потому что я по ней потом ещё два года сох, а она только о тебе, кобелине и мечтала. Не знаю, что ты там с ними делаешь, но после тебя они обычных мужиков в упор не видят. Поэтому скажи мне правду, спал ты со Светкой или нет?

— Понравилась да, а что ж ты её сразу-то не разглядел?

— А я, представь себе, её до пожара и не видел, так уж сложилось.

— Не спал я с ней, легко удостоверишься, — усмехнулся Денис, намереваясь уйти.

— Что значит, легко удостоверюсь? — пробасил Родик, хватая друга за рукав.

— Девственница она, — пояснил Денис.

Родион осветил тусклые коридоры больницы туповатой улыбкой и, отпустив куртку друга, поспешил в палату к своей новой зазнобе. Денис же вышел на улицу, в очередной раз проклиная свою невероятную способность, портить женщинам жизнь. Он понимал, что, скорее всего, именно она станет роковой трещиной в дружеском фундаменте, потому что рано или поздно Родик всё же узнает, что и Света не устояла перед его очарованием.

Понурый и осознающий, что дружба может стать очередной жертвой, о которой предвещала Хельма, Денис сел в машину и закурил. Он не спеша тронулся в сторону дома, стараясь не думать об обидах и притязаниях Родиона. Но как ни пытался он гнать из своей головы удручающие мысли, а перед глазами вновь и вновь вставало озлобленное лицо друга.

Куря одну сигарету за другой, Денис перебирал в уме два вопроса: сколько раз он задевал своей исключительностью лучшего друга, не замечая этого? И отчего до сегодняшнего дня, тот ни разу не упоминал о нанесённых ему обидах?

Ответы Денис, конечно, уже знал, но не был готов принять их, поэтому и смолил как непрочищенный дымоход, пока не истребил все запасы курева.

В очередной раз, нашарив в бардачке пачку, он обнаружил, что та пуста, и с досады вдарил по гудку, распугав на узенькой улочке немногочисленных прохожих. Денису стало стыдно, когда он увидел двух подскакивающих на месте бабуль и врезавшегося в оградку ребенка на самокате. Но про свою неловкость он позабыл почти сразу, его внимание привлекло мелькнувшее в толпе зевак лицо — белоснежное, чистое, ясное, соперничающее с первым снегом.

Она стояла у газетного киоска и рассматривала заголовки, когда Денис проезжал мимо и, конечно же, оглянулась на звук гудка.

Вдавив педаль тормоза в самый пол, парень остановил машину, чуть было не получив хороший удар в задний бампер. Но не визг дымящихся шин, ни крутящие у виска бабули, ни даже возмущающийся водитель, чуть было ни врезавшийся в Дениса, не волновали парня. Он смотрел только на замершую в неподвижной позе девушку с газетой в руках.

Не спеша, словно боясь спугнуть добычу, он вылез из машины и подошел к ней.

— Здравствуй, Ольга, — проговорил он вкрадчиво.

— Здравствуй, Денис.

— Паша сказала, что это ты вернула меня в Хельмин дом. Я хотел найти тебя и поблагодарить, даже к Захару ходил…

— Знаю.

Загипнотизированный прямым и ясным взглядом Ольги, Денис представлял, как воздух, который она выдыхала из своей узенькой груди, видоизменяется, заряжаясь её невозмутимым спокойствием. А вот его всегдашняя уверенность вдруг стала рассеиваться, и он ощутил неловкость, осознав, что находиться во власти ее пронзительных серых глаз. «Что же это такое, — пронеслось в голове парня, — даже перед Катей я так не тушевался, как перед этой загадочной девушкой?»

— Хочешь купить газету? — спросил он, чтобы заполнить паузу.

— Нет, я увидела достаточно.

Она положила печатное издание на полку и спрятала озябшие руки в карманы тулупа, того самого, в котором ходила в деревне. Она вообще не сменила одеяния и выглядела в стеклянно-бетонном антураже довольно странно. Денис вспомнил как увидел ее впервые в доме Хельмы, а потом как подглядывал за ней и ее белым спутником в окно.

— А где твой питомец? —спросил он, в надежде узнать, посылала ли она к нему свою зверюгу.

— Какой питомец?

— Огромный белый волк с жуткими красными глазами, — заговорщически прошептал Денис, будто намекая, что он знает о ее приятеле много больше, чем ей хотелось бы.

А-а-а, ты про Белого? — Ольга рассмеялась. — Знаком с ним уже?

— Представь себе, да.

— Хорошо, очень хорошо, даже лучше, чем я ожидала, — произнесла она непонятное.