Эрагон.Наследие полностью

— Больше половины, Огненный Меч! — Гарцвог округлил плечи и издал какой-то жуткий горловой звук. — Теперь мне ясно: мы должны непременно сделать так, чтобы о на­шей победе узнали все, кто еще не знает об этом. Мы высле­дим и выловим ваших сказителей и бардов, а потом научим их своим песням, в которых говорится о Нар Тулкхке, — пусть они хорошенько запомнят эти песни и исполняют их громко и часто. — Он один раз решительно кивнул, словно раз и навсегда принимая решение — весьма впечатляющий жест, учитывая размеры его великолепной головы, — и ска­зал: — Прощай, Огненный Меч. Прощай, Пожирательница Луны. — И он вместе с другими ургалами, неуклюже ступая, исчез в темноте.

Анжела вдруг захихикала, чем весьма поразила Эрагона.

— Что такое? — повернулся он к ней.

Она улыбнулась:

— Да я просто представила себе, какое выражение лица будет через несколько минут у бедного музыканта, играю­щего на лютне, когда он выглянет из своей палатки и уви­дит, что целых двенадцать ургалов — особенно если учесть, что четверо из них куллы! — только и мечтают посвятить его в основы своей культуры. Ей-богу, я буду просто потря­сена, если этот несчастный музыкант для начала не при­мется вопить во все горло. — Она снова засмеялась.

Эрагон тоже засмеялся и, присев у костра, поворошил угли концом какой-то ветки. Что-то теплое и тяжелое тут же плюхнулось ему на колени, и он увидел, что это та са­мая белая кошка-оборотень. Он хотел было ее погладить, но потом все же решил спросить:

— Можно?

Кошка дернула хвостом и проигнорировала его вопрос.

Надеясь, что не делает ничего предосудительного, Эрагон принялся осторожно почесывать ей шейку, и че­рез несколько минут в ночной тиши послышалось громкое мурлыканье.

— Ты ей нравишься, — заметила Анжела.

И Эрагон неизвестно почему вдруг почувствовал себя чрезвычайно польщенным.

— А кто она? Ну, то есть я хотел спросить, кто ты? Как тебя зовут? — обратился он к кошке, опасаясь, что своим вопросом обидел ее.

Анжела тихо рассмеялась.

— Ее имя Охотница-За-Тенями. Или примерно так, на языке котов-оборотней. На самом-то деле она… — И тут травница издала какой-то странный звук — то ли кашель, то ли рычание, — от которого у Эрагона по спине пополз­ли мурашки. — Охотница-За-Тенями, можно сказать — су­пруга Гримрра Полулапы, так что она настоящая короле­ва этих котов.

Мурлыканье стало существенно громче.

— Ясно. — Эрагон оглянулся на остальных котов. — А где же Солембум?

— Занят. Гоняется за одной длинноусой кошкой, в два раза его моложе. Ведет себя глупо, точно котенок… но ведь, с другой стороны, всем позволительно время от вре­мени совершать глупости. — Поймав веретено левой ру­кой, Анжела остановила его и намотала только что спря­денную нитку на нижний деревянный диск. Потом снова запустила веретено и принялась правой рукой выдерги­вать и накручивать на него клочки шерсти. — У тебя такой вид, Губитель Шейдов, будто ты переполнен вопросами и сейчас лопнешь.

— Каждый раз после встречи с тобой я отчего-то испытываю необычайное смятение, и вопросов у меня возника­ет великое множество.

— Каждый раз? Ну, это ты уж слишком. Ладно, я попы­таюсь ответить на некоторыетвои вопросы. Спрашивай.

Чувствуя некий подвох в ее чрезмерной готовности, Эрагон быстро прикинул, что бы ему хотелось узнать в первую очередь, и спросил:

— Что означало слово «гром», когда ты говорила о дра­конах? Что ты хотела…

— А это правильноеслово для обозначения стаи драко­нов. Если бы ты когда-нибудь услышал, как летит такая стая, ты бы сразу понял, что значит гром.Когда десять, двенадцать или больше драконов пролетают у тебя над головой, вокруг тебя начинает дрожать даже сам воздух, и возникает такое ощущение, будто ты сидишь внутри огромного барабана. Кроме того, как еще можно назвать стаю драконов? Люди считают, что вороны каркают, орлы парят, гуси гогочут, утки крякают, сойки тарахтят, совы за­седают в парламенте, ну и так далее. Но что делают драко­ны? Вы знаете только выражение голод дракона.Но оно не слишком подходит. И, по-моему, не совсем точно было бы описывать драконов, как пламенеющихили внушающих ужас,хотя последнее мне, пожалуй, даже нравится, если учесть все прочее: внушающие ужас драконы… Хм, неплохо. И все же стая драконов называется «гром». И ты знал бы это, если бы тебя учили не только мечом махать и соединять кое-какие слова древнего языка в простейшие заклинания!

— Не сомневаюсь, что ты совершенно права, — сказал Эрагон, желая к ней подольститься. Он чувствовал, что и Сапфире тоже нравится выражение «гром драконов». Да, ему казалось, что это вполне подходящее описание.

Он еще немного подумал и спросил:

— А почему Гарцвог называет тебя Улутхрек?

— Это титул, который ургалы давным-давно пожалова­ли мне, когда я еще странствовала с ними вместе.

— И что он означает?

— Пожирательница Луны, Он ведь так и сказал.

— Пожирательница Луны: Какое странное прозвище! Как это оно к тебе привязалось?

— Ну, конечно же, потому, что я съела луну! Почему же еще?