– Я представлял её такой, откуда зашёл сюда, – нарочито-пафосно ответил я.
– Ну, а почему? Почему не белой? Ведь ты же романтизировал потерю своей единственной жизни? Почему же для тебя такая манящая смерть представала в образе абсолютной темноты? – спросил меня кот.
– Потому что неизвестность… Неизвестность… Смерть почему-то сразу ассоциируется с темнотой. Будто бы сон, при погружении в который с закрытыми глазами видишь одну темень, в процессе которой ты отключаешься от прямого взаимодействия с миром, с людьми. Я вижу со сном и смертью именно такую связь, только смерть – нечто большее, в прямом значении этого слова. Она бесконечна, – гордо ответил я.
– Ты начал свой монолог со слова «неизвестность». Так вот именно это и есть понятие смерть. Мы прекрасно знаем с моим коллегой по контролю вас, тупиц земных, что же такое на самом деле смерть. Вы все тянетесь к чему-то неизвестному, недоступному, не ценя то, что имеете. В школах, в церквях вас не учат основному – ценить имеющееся. Школы набиты бесполезными знаниями, не имеющие ничего общего с настоящей жизнью. В церквях учат смирению, что в жестоком мире создаёт покорных рабов. Я – страдал за грехи. Но целью моего перформанса не было дать людям задачу постоянно мириться с несправедливостью. Трактаты, постулируемые церковью ныне – я не разделяю, однако мне интересно, к чему приведёт массовая культивация человеческой многоножки, жратвой которой является никак не процеженная информация, преподносящаяся априори верной, – выдвинул кот.
– Хм, – конвертируя в голове эту речь, сказал я.
– Человек – Высшая ступень эволюции? – спросил кот.
– Вроде бы. Я сам не согласен с этим утверждением, – сказал я.
Кот очевидно не ожидал такого ответа, хотя как, это же Бог?
– Человечество обречено, как и обречён, к сожалению, ты, – выпивая чай, сказал кот.
Прищурившись, делая вид, что мне всё равно, я смотрел на кота, ничего не говоря. Он, в свою очередь, вопросительно приподнял свои брови, будто бы спрашивая: «Что-то не так?». В разговор влез Дьявол:
– Ну что, выбирай свой путь, – сказал он мне.
– Мой жизненный путь был путём страданий, – уверенно сказал я.
– Ко мне хочешь? – с насмешкой спросил он меня.
– Мне уже всё равно, главное поскорее прекратить вдыхать воздух. Обречение и необратимость моих действий ввела меня уже в пат. Я готов уже прекратить думать, ходить, дышать. Посылайте куда хотите, хоть в Рай, хоть в Ад, – с долей пафоса ответил я.
