Лемюэлю нечего было ответить, но признаться в своей неосведомленности он не успел. За бортом «Киприа Селена» вспыхнул призрачный мерцающий свет. Яркий луч пожелтевшим когтем разорвал ткань реальности, из прорехи хлынуло сияние, прогнавшее темноту вокруг огромного транспорта. Разрыв становился все шире и шире, ослепительные лучи потустороннего света хлестали из него во все стороны, словно кровь из раны.
В клубящемся водовороте проявился огромный силуэт, похожий на нож мясника.
Первым вышел боевой корабль хищных очертаний, с серо-стальным корпусом, из которого угрожающе торчали артиллерийские батареи и торпедные люки. Носовая часть имела форму лемеха, но в его облике не было ничего мирного. Этот корабль предназначался для войны.
Вытянутая форма и гладкие очертания выдавали в нем межзвездного охотника, убийцу кораблей.
Вслед за первым кораблем из сияющего разрыва реальности стали выходить другие суда — золотистые, серебряные и такой же мрачной раскраски, как флагман.
Лемюэль уже видел этот корабль в небе над Сорокопутом, в скоплении Приют Ковчега.
— Это же!.. — воскликнул он.
— К несчастью, да, — подтвердил Махавасту. — Я тоже об этом подумал.
— Вам знаком этот корабль? — спросила Камилла.
— Это «Храфнкель», — пояснил Махавасту. — Флагманский корабль Лемана Русса.
Первые бомбы флотилии Космических Волков обрушились на Просперо перед рассветом. Станции орбитальной обороны были застигнуты врасплох. Дежурные авгуры молчали до последнего момента, и вдруг появилась колоссальная флотилия и по объектам планетарной защиты ударили залпы торпед. Большая часть станций подверглась уничтожению еще до того, как было заряжено хоть одно орудие или активированы лазерные пушки. Те, кому посчастливилось пережить первый залп, погибли через несколько мгновений.
Гигантская армада, больше не опасаясь наземной артиллерии, спустилась до высокой орбиты и заняла геостационарную позицию над Просперо. На поверхность нацелились тысячи орудий: энергетические установки, ускорители массы и бомбардировочные пушки. Корабли передвигались плавно и неторопливо, словно круизные лайнеры на прогулке среди звезд. Атаку открыл «Храфнкель», вонзив когти ледяного света в планету.
Спустя несколько мгновений его поддержала вся остальная флотилия.
Несмотря на то что Магнус держал Легион в неведении относительно приближавшегося возмездия Императора, члены братства Рапторов установили и поддерживали над Тизкой кайн-щит. Никто не мог незаметно убрать эту защиту, даже Магнус Красный.
Первым признаком неминуемой атаки стал ветер, подувший, казалось, прямо с неба, придавивший город, как придавливает духота перед штормом. Ветер принес запах металла и горящего масла. С вершин пирамид рассыпались искры статических зарядов, между серебряными башнями стали проскакивать огни, словно город превратился в лабораторию безумных магосов.
Предрассветную мглу разогнал яркий свет над низко нависшими облаками. А потом раздался оглушительный треск, как будто прогремел гром, но молний еще не было. Остатки тишины взорвал грохот сверхзвуковых ракет, и те жители Тизки, кто еще спал, быстро вскочили с кроватей под грохот разрывных снарядов.
Первый энергетический заряд, словно указующий перст, уперся в землю к северо-востоку от Тизки. Он угодил почти в центр бухты, где располагался порт, и поднял к небу пятикилометровый столб перегретого пара, образовавшегося из морской воды. Через мгновение последовало еще несколько взрывов, сопровождавшихся ослепительными вспышками и новыми солеными гейзерами.
На побережье налетели валы обжигающего тумана, съедающего плоть портовых рабочих до самых костей. В атмосфере зажглись огненные штрихи инверсионных следов, море взволновалось от взрывов и обрушилось на берег пенными бурунами.
В грибовидных взрывах исчезали целые отроги гор, магматические бомбы стирали с лица планеты древние вершины и засыпали ущелья обломками скал. Земля дрожала от рукотворного грома, неустанно долбившего поверхность, как будто кто-то огромным молотом забивал сваи. Все больше и больше боевых кораблей присоединяли к атаке на планету мощь своих орудийных башен, сравнимых по величине с громадными зданиями. Сплошная бомбардировка целого сектора давала основания полагать, что на город упало достаточно снарядов, чтобы сровнять его с землей.
Но Тизка держалась. Кайн-щиты Рапторов были лучшей защитой, на какую мог рассчитывать город. Тверже, чем самый крепкий адамантий, и прочнее, чем многослойные пустотные щиты, невидимый зонтик поглощал всю энергию ударов, хотя воинам, его поддерживающим, приходилось платить за это страшную цену.
