Лиас был выше на голову, шире в плечах и гораздо сильнее меня. Он прыгнул вперед и нанес рубящий удар, который сбил бы меня с ног, если бы я не парировал его. Мой ответный выпад получился запоздалым. По сравнению со мной Лиас выглядел более свежим. Казалось, что он вообще не продирался через колючие кусты и не ранил ноги на скользких скалах. Апелаги чувствовали себя в джунглях как дома. Они были здесь в родной стихии.
Когда я парировал его следующую атаку, послышался крик, и внезапно из джунглей появился отряд Микаса. Обогнув скалу, бойцы с двумя шевронами на рукавах помчалась к уцелевшим соперникам.
— Лиас, ты проиграл, — отступив на шаг, сказал я. — Но мы можем одержать победу вместе, если твои люди присоединятся к нам.
— Это против правил.
— У войны нет правил.
Он усмехнулся и, подумав немного, закричал:
— Воины Лиаса! Мы переходим на сторону Палатины. Атакуйте Микаса! Вперед! К победе!
Отряд Микаса ошеломленно остановился. Услышав команду Лиаса, кэмбрессцы поняли, что легкого сражения не будет. Палатина взмахнула мечом и, злобно улыбаясь, прокричала:
— Все разом! На врага! В атаку!
Мы с Лиасом повернулись и встали бок о бок. Наши мечи первыми встретили натиск противника. Моя рука ныла от сотрясений, клинки звенели. Несмотря на быстроту движений, нам пришлось отступить на пару шагов. И затем в один миг все изменилось. Нас окружили люди Палатины и Лиаса. Последних осталось не больше десятка, но их присоединение к нам обеспечило победу. Отряд Микаса начал отступать вниз по откосу.
— Сдавайтесь, или мы расправимся с вами! — с триумфом закричала Палатина.
Она бесстрашно вела нас в бой. Нам удалось раздробить отряд соперников на три небольшие группы. Микас остался блокированным на краю обрыва вместе с Дарием и несколькими кэмбрессцами. Его лицо покраснело от гнева.
— Сдавайтесь! — подхватил я крик Палатины. — Сдавайтесь!
Меня поддержали остальные ребята. Кровь в моих венах звенела от радостного возбуждения. Когда бойцы Микаса начали оросать оружие на землю, Лиас схватил меня за плечо и, усмехаясь, как безумный демон, пожал мне руку. Только Микас и его лучший друг по-прежнему сжимали рукояти мечей. Палатина вышла вперед и остановилась в трех шагах от них.
— Микас, тебе нечего стыдиться, — сказала она. — Ты сделал все, что мог.
Кэмбрессец выдержал минутную паузу, затем пожал плечами и бросил меч на землю.
— Почему бы и нет? — проворчал он. — У меня еще будет возможность взять реванш.
Это означало победу. Лиас вскинул кулак вверх и закричал:
— Палатина! Палатина!
К нему присоединилась Равенна, а за ней все остальные. Мы стояли на откосе горы, и эхо наших голосов разносилось по джунглям. Я никогда не чувствовал себя таким бодрым и радостным. Мне стало понятно, что именно называли «вкусом победы».
Эта победа была бескровной. Другие, которые, возможно, были у меня впереди, обещали горы трупов на полях сражений. Но я знал, что и тогда мое сердце будет звенеть от ликования. Пока же оно, к счастью, не омрачалось горечью от убийств и невосполнимых потерь.
Наше веселье оказалось таким заразительным, что к нему присоединился даже Микас. Он по-дружески обнял Палатину, и мне показалось, что это ей понравилось.
Вскоре появились Юкмадорий и Кламас. Они с улыбками наблюдали за нашим весельем. Затем, когда крики утихли, ректор торжественно сказал:
— Я объявляю результат учений. Победу одержал отряд Палатины. Впрочем, это и так очевидно.
Мы спустились с горы, собирая людей, которые остались на местах проведенных стычек.
Неподалеку от Цитадели в центре травяной лужайки горел костер. По краям ее на деревьях крепились факелы. Администратор крепости распорядился принести бочку лучшего вина. Нам подготовили праздничную встречу.
Взяв кубок с голубым фетийским вином, я подошел к шумной группе учеников. Здесь былипредводители трех боевых отрядов и их ближайшие помощники: Персея, Гаити, Юзакия и некоторые другие ребята. Палатина подняла кубок.
— За Катана! — провозгласила она тост. — За силу его красноречия!
Я покраснел от смущения. Лиас одобрительно похлопал меня по спине, едва не выбив кубок из моей руки. Мне пришлось сделать несколько быстрых глотков, чтобы остатки вина не вылились на землю.
— Не протестуй, мой друг, — сказал он. — Это ты уговорил меня примкнуть к отряду Палатины.
— Похоже на подкуп нужных людей, — проворчал Микас. До этих пор он принимал поражение с достоинством, но сейчас, хлебнув вина, снова превратился в брюзжащего сноба. — Ваша победа вызывает подозрение.
— По правде говоря, ты спланировал операцию лучше меня, — лукаво сказала Палатина. — Я выиграла это сражение только благодаря Катану. Иначе победа досталась бы тебе.
— При встрече с умным врагом рушатся даже гениальные планы. Мои действия были слишком прямолинейными.
Я впервые слышал, как Микас признал свою ошибку. Он рассказал нам о маневрах ведомого им отряда. Затем Палатина и Лиас раскрыли основные моменты их стратегических действий. Пока они говорили, Персея взяла меня под руку и тихо прошептала:
— Ты чудом не попал к нам в плен. С таким врагом, как Равенна, тебе не нужны никакие друзья.
