— Под патронатом Персея фетийские реформаторы превратились в реальную силу. Им удалось провести ряд законов через ассамблею и стимулировать торговлю. Бесконечные пиры и празднества пошли на убыль. Казалось, что Фетия пробудилась от летаргического сна. Внезапно Рейнхард умер. Я уверен, что его отравили — Сфера всегда славилась своими специалистами по ядам и недоказуемым убийствам. Остальные реформаторы стали жертвами шантажа и репрессий. Им пришлось уйти в подполье, и реформаторское движение захлебнулось. После смерти Персея его жену сослали на крохотный остров. Их сын отличался в юности умом и храбростью. Знать Фетии возлагала на него большие надежды. Многие думали, что из него получится лидер, которого у них не было долгое время.
Отец прокашлялся.
— К сожалению, все сложилось иначе. Оросий заболел и потерял рассудок. Жрецы Сферы вылечили его, но он сильно изменился. Дочь Рейнхарда продолжила дело отца. Она возглавила клан Кантени и убедила ассамблею приступить к обсуждению первых шагов по преобразованию Фетии в республику. Накануне решающего заседания Палатину убили — точнее, людям объявили, что она была убита. Реформы вновь оказались сорванными. Тем временем Оросий отдал Архипелаг под контроль Сферы. Жрецы Рантаса ввели там жестокое правление. За двести лет они превратили планету в котел бесконечных раздоров. Города и континенты стали враждовать друг с другом. Торговцы перестали доверять аристократии, и наоборот. Всеобщая ненависть перешла в такую фазу, что ни один континент уже не мог претендовать на имперскую власть. Все силы уходили на решение внутренних конфликтов. Из-за своей удаленности Фетия была приятным исключением, но Сфера добралась и до нее.
Я кивнул.
— В данный момент большая часть аристократии поддерживает Сферу. Главы кланов жалуются на десятину, но Сфера помогает им поддерживать порядок в городах. Если ситуация изменится и знать отвернется от жрецов Рантаса, — пусть даже только торговые лорды, — фетийцы станут объединяющей силой Аквасильвы. За ними дойдут все, потому что сейчас их не считают заклятыми врагами. Главное, чтобы к тому времени Оросий уже не был императором. Если Палатина говорит правду, и вы оба являетесь отпрысками Тар'конантуров, вам придется восстанавливать не только Фетию, но и весь остальной мир.
— Мидий может заинтересоваться именем Палатины, — сказал я. — Как ты думаешь, он не свяжет ее с дочерью Рейнхарда?
— Все считают Палатину Кантени погибшей. Мидий — хэйлеттит, он презирает фетийцев. Твоя кузина его не заинтересует. Однако для верности мы придумаем для нее подходящую историю. Кроме того, ты должен отдать мне предметы, которые могут связать тебя с Цитаделью Тени. Я спрячу их в надежном месте. Чтобы добраться до улик, ищейкам Мидия придется разобрать дворец на части. Не волнуйся, Катан. Имя Палатины необычное, но не такое уж редкое.
— А Равенна?
Я сомневался, что нам удастся избежать проблем. Отец умел решать серьезные вопросы, но здесь против нас выступал опасный и хитрый враг. Жаль, что с нами не было Моритана. Он мог бы дать хороший совет.
— Я представлю Равенну и Палатину, как наш их дальних родственниц с Архипелага.
Граф потер пальцем скулу — знакомый жест, который непременно сопутствовал его размышлениям.
— Да, думаю, это сгодится, — с усмешкой добавил он. — Пусть они будут нашими дальними родственницами. От Мидия не ускользнет, каким влюбленным взглядом ты смотришь на Равенну.
Я игнорировал его последнее замечание, не желая поощрять нелепые домыслы. Конечно, он преувеличивал. Взгляд, которым я смотрел на Равенну, не мог настолько откровенно свидетельствовать о моей влюбленности. К тому же я еще не разобрался в своих чувствах к Равенне. В любом случае наши личные отношения не касались отца.
— Послушай меня, сынок, — сказал граф. — Потерпи еще несколько месяцев, и я отпущу вас на все четыре стороны. Вы можете отправляться даже в Селерианский Эластр, хотя я не советовал бы вам этого делать. Однако в данный момент ты нужен мне здесь. Мы должны обуздать этого фанатика.
— А если он что-то заподозрит? — - спросил я.
— Не заподозрит. Главное — действовать с умом. Чтобы арестовать кого-нибудь из нас, ему понадобится армия сакри.
Хотел бы я быть таким же уверенным, как мой отец.
Через неделю мы устроили прощальный банкет для Гая Сианы — за день до прибытия Мидия. Сиана собирался отплыть в Фарассу на корабле своего преемника. В городе мог быть только один аварх, поэтому, по обычаю Сферы, Гаю следовало покинуть Лепидор в тот же день, когда Мидий вступит в должность. Так как банкет символизировал прощание горожан со своим старым авархом, приглашенные должны были явиться в официальной одежде — это же требование распространялось и на ожидаемую встречу Мидия.
За три дня до проводов Палатина сообщила мне, что в ее гардеробе нет подходящего платья. Впрочем, откуда ему было появиться, учитывая наше похищение и пребывание на тропическом острове? Отец велел мне отвести ее к лучшему портному Лепидора с приказом обеспечить девушку достойным нарядом.
