Наш аварх никогда не отличался склонностью к аскетизму. По мере того как ревматизм и артрит усиливали свое воздействие на старика, мебель в его кабинете становилась все мягче и уютнее. На каждом кресле лежали подушки. Пол был устлан ковром с густым и высоким ворсом. Огонь в камине горел почти круглосуточно, кроме самых жарких и солнечных дней. Меня всегда интересовало, откуда Сфера брала деньги для удовлетворения нужд таких экстравагантных личностей. У боковой стены стоял книжный шкаф, украшенный античной резьбой. Я знал этот узор до мелочей, потому что в детстве смотрел на него часами, пока Сиана читал мне теологические лекции. Я никогда не интересовался метафизикой, поэтому большая часть его объяснений была потрачена абсолютно впустую.
— Входи, Катан, — донесся до меня старческий голос.
Сиана сидел в резном кресле, повернутом к камину. Я прошел по мягкому ковру и преклонил колени перед авархом, подставив голову для его благословения. Он похлопал меня по плечу и указал на низкую софу, на которой лежало несколько подушек.
— Присядь, мой мальчик. Как ты изменился! После твоего возвращения мы не обмолвились и парой слов. Однако я вижу, что ты уже не тот, кого я учил законам Рантаса.
Он положил старческие ладони на подлокотники кресла. Его глубоко посаженные глаза рассматривали мое лицо. Сиана выглядел болезненным и изможденным.
— Я побывал в Экватории и на Архипелаге. Такое путешествие изменило бы любого.
Мне не хотелось быть многоречивым. Я тщательно следил за каждым словом. Сиана знаи меня с детства, но он был авархом и служителем Сферы — теперь моим идейным врагом. Хотя я не думал, что старик имел какие-то связи с Лечеззаром.
— Ты не жалеешь, что отправился в путь с Сархаддоном? Он сопроводил тебя до Танета?
— Да, он был хорошим спутником.
Сиана слабо улыбнулся.
— С тех пор я ничего не слышал о нем. Надеюсь, что он найдет себе могущественного покровителя и поставит ногу на первую ступень карьерной лестницы.
— Мне показалось, что Сархаддон не слишком заинтересован в карьере. Не очень серьезно.
— Да, не серьезно. Но, попав в Священный город, он безусловно изменится. Там много возможностей для тех, кто их видит, а Сархаддон довольно умный паренек. Кто знает, как сложатся ваши судьбы. Возможно, когда ты станешь графом Лепидора, его назначат к вам авархом. Через несколько лет этот город станет важным промышленным центром Океании.
Я воспользовался паузой и задал ему вопрос:
— Вы не могли бы рассказать мне о Мидии? Он карьерист?
На миг мне показалось, что лицо Сианы омрачилось. Или это только игра неровного света, исходящего от камина?
— Мидий является любимцем Лечеззара, — ответил аварх. — Он отпрыск одного из старейших хэйлеттитских семейств. Его старший брат служит генералом у Реглата Ишара. Другой брат занимает пост аварха в ордене сакри. Не сомневаюсь, что Сархаддон ознакомил тебя с политикой Сферы. Ты должен понимать, сколь шатки позиции любого из жрецов. Но судя по тому, как Мидий строит карьеру, он к сорока годам наденет мантию экзарха.
Мое сердце забилось в груди, и я с трудом скрыл свое потрясение. С таким же успехом к нам мог приехать и сам Лечеззар. Палатина была права. Они избавлялись от Сианы, чтобы расчистить место для фанатичного религиозного маньяка.
Аварх кисло улыбнулся.
— Похоже, тебе не понравились мои слова, и я не виню тебя за это. Мидий относится к числу тех людей, которые верят в абсолютную силу Сферы — духовную власть, как они называют ее. Он считает, что Рантас создал Сферу для управления не только душами людей, но и государствами. Если твой отец знает каких-нибудь еретиков, живущих в городе, то пусть он посоветует им уехать до прибытия Мидия. Скоро над площадью закружат стервятники.
Наверное, я побледнел. К горлу подступил горький ком. Отныне опасность грозила не только Лепидору, но и мне, моим приемным родителям, Палатине и Равенне. За две секунды ересь перестала быть идеей — той безобидной игрой, в которую мы играли на безопасном острове за тысячи миль отсюда. Теперь она могла убить меня.
— Ты в порядке, Катан? — спросил Сиана.
Мне удалось восстановить контроль над чувствами и немного расслабиться.
— Да, все нормально. Но мне по-прежнему неясно, как Лечеззар стал Премьером. — Смена темы должна была отвлечь внимание аварха. — Сархаддон говорил, что его считали представителем радикалов — фактически потенциальным изгнанником из Священного города. Я думал, что как только умеренные силы выберут нового Премьера, они отправят Лечеззара с сотней сакри в ссылку — обращать рэлентиан в веру Рантаса. Он даже не был помощником Премьера. Почему его избрали?
Сиана взглянул на меня и покачал головой. Наверное, он о многом догадывался. Судя по всему, мой отвлекающий маневр не возымел на него действия. Тем не менее аварх ответил на поставленный вопрос.
