Еретики Дюны полностью

– Есть еще одно полезное понятие, и я уверена, что твоя мать упоминала о нем, это понятие ключевого бревна.

Одраде превратилась в слух. Тараза вела разговор к чему-то очень важному. Ключевое бревно – истинно древнее понятие из тех времен, когда не было воздушных подвесок и люди рубили деревья и сплавляли их по течению реки к бумажным фабрикам. Иногда бревен было настолько много, что они образовывали завалы и пробки. Такое скопление бревен перекрывало течение реки и застревало на месте. Тогда вызывали специалистов, которые находили то бревно, которое было причиной затора. Вытащи его и ты ликвидируешь затор. Такое бревно и называлось ключевым. Тег имел чисто интеллектуальное представление об этом понятии, но Одраде и Тараза, обладая неограниченной чувственной памятью, сразу же представляли себе потоки воды и горы бревен, перекрывших стремительную горную речку.

– Тиран был таким ключевым бревном, – сказала Тараза. – Он был причиной затора и он же ликвидировал его.

Лихтер начало сильно трясти – он вошел в верхние слои атмосферы Гамму. Одраде почувствовала, как ей в живот врезался ремень безопасности. Потом движение корабля выровнялось. Разговор прервался на это время, потом Тараза снова заговорила:

– Кроме жизненной, фатальной зависимости, существует еще зависимость религиозная, которая создается психологически. Впрочем, такое основание могут иметь и некоторые виды физической зависимости.

– Факт, который очень хорошо поняла Защитная Миссия, – заметил Тег. И снова в его голосе послышалось глубоко запрятанное негодование. Несомненно, Тараза тоже его слышит, подумала Одраде. Что она делает? Она же ослабит силу Тега!

– Ах да, – небрежно произнесла Тараза. – Наша Защитная Миссия. Человеческие существа так сильно желают, чтобы системы их убеждений и верований непременно были структурами «истинной веры». Если вера дает тебе ощущение надежности и безопасности и если она внедрена в твою систему убеждений, то какую мощную систему зависимости можно создать на таком фундаменте!

Тараза снова замолчала – лихтер вошел в нижележащие слои атмосферы.

– Хотелось бы, чтобы пилот использовал систему амортизаторов! – жалобно произнесла Тараза.

– Он бережет топливо, – проговорил Тег и, не удержавшись, добавил: – Уменьшает зависимость.

Тараза усмехнулась.

– О да, Майлс, ты хорошо усваиваешь уроки. Чувствуется твердая рука твоей матери. Проклятие родительницы, если ее ребенок выбирает для себя опасную дорогу.

– Вы думаете обо мне, как о ребенке? – поинтересовался Тег.

– Я думаю о тебе, как о человеке, который только что пережил первое столкновение с махинациями так называемых Досточтимых Матрон.

Вот оно, подумала Одраде, потрясенная пониманием того, что слова Таразы адресованы не только и не столько Тегу.

Она обращается ко мне!

– Эти Досточтимые Матроны, как они сами себя называют, – заговорила Тараза, – сочетают сексуальный экстаз и поклонение. Я сомневаюсь, что они сознают опасность такого подхода.

Одраде открыла глаза и посмотрела на Верховную Мать. Тараза уставила неподвижный взор в Тега. Лицо совершенно бесстрастно, но глаза горят силой убеждения – она явно хочет, чтобы Тег понял что-то очень важное.

– Опасность, – повторила Тараза. – Большие массы людей часто безошибочно чувствуют свое единство. Такая масса может быть единой. Она способна действовать, как цельный организм.

– Так говорил Тиран, – вставил слово Тег.

– Тиран это показал! Он умел манипулировать Групповым Духом! Бывают времена, Майлс, когда выживание требует соединения с душой, а души, как тебе хорошо известно, всегда ищут выхода.

– Разве в наше время слияние с духом не вышло из моды? – спросил Майлс. Одраде не понравился задиристый тон, каким была произнесена эта фраза. Она почувствовала, что в Таразе этот вопрос тоже возбудил гнев.

– Ты думаешь, что я говорю о религиозных течениях? – спросила Тараза, ее высокий голос стал жестким. – Мы же оба прекрасно понимаем, что любую религию можно создать! Я говорю об этих Досточтимых Матронах, которые, словно обезьяны, позаимствовали некоторые наши приемы, не понимая их глубинного смысла. Они осмелились поставить себя на алтарь поклонения!

– То есть сделали то, чего всегда избегали Бене Гессерит, – сказал Майлс. – Моя мать говорила, что последователи веры и те, за кем они следуют, связаны и объединены верой.

– И их можно разделить!