— Господин Асташев, я же говорю, у него какой-то непростой класс. — Орлов стоял перед своим начальником и боялся поднять глаза, зная, что могло последовать за этим. Этот напыщенный павлин способен использовать свою проклятую магию. — Я так и не смог прочитать о нём информацию, а спросить у меня попросту не было времени. Сизов своим предательством спутал все карты.
— Кстати, по Сизову. — Асташев, владелец редкого мультикласса «стихийник» и ника Кресс, приподнялся из-за стола и направился к барной стойке. Там он плеснул себе в стакан что-то янтарное из пузатой бутылки, зачерпнул щипцами несколько кубиков льда в стоящем тут же ведёрке. Затем чуть взболтнул получившуюся смесь в стакане, прислушиваясь, как звенит лёд о стеклянные стенки. И только сделав небольшой глоток, явно принёсший ему наслаждение, продолжил: — У тебя остались там агенты?
— Конечно остались. Только сейчас они действуют по инструкции, и я понятия не имею, как там обстоят дела. Старые способы связи не работают, а новые ещё не придумали.
— Вот этим и займись. Сейчас меня больше интересует, чем дышит Сизов и его миньоны. Он мужик бывалый, хоть и глуповат, может в будущем создать нам проблемы. Так что выясни, что у него происходит. Ну и про Глебова не забывай. Хотя я уверен, он уже давно под нашим бравым майором. Всё, свободен.
Очутившись в коридоре, Орлов несколько раз глубоко вздохнул, успокаивая рвущуюся на волю ярость. Сука! Кресс хренов, совсем берега попутал! Возомнил себя феодалом? Ну уж нет. Хватит с него. Всю свою жизнь Клещ кому-то служил, выполнял чьи-то приказы, порой настолько грязные, что ему, профессионалу своего дела, становилось мерзко. А ведь он, Орлов, не мальчик, всякое повидал…
Лишь покинув здание, следователь позволил себе высказаться вслух:
— Зря ты так со мной. Теперь мои услуги стоят гораздо больше, чем несколько купюр в конверте…
— Командир, я уже говорил, что разблокировка может нарушить целостность посадочного поля, — напомнил Мидас.
— Ничего, заделаем, у нас теперь всё для этого имеется, — ответил я, продолжая шагать по тоннелю. — Надо будет — распилишь самолёт и соорудишь из него разводной свод над кораблём. Я больше не буду оттягивать, хватит. Ты сам видел, что вокруг одни враги.
Спустившись к перрону, я приблизился к массивной стальной двери, в данный момент закрытой. Но стоило мне близко подойти к ней, раздался щелчок, затем звуки запорного механизма, и наконец тяжёлая створка чуть приотворилась. Ухватившись за массивную ручку, я потянул её на себя. Надо же, и где только Мидас раздобыл такую дверь?
Внутри, в хранилище, ничего не изменилось. Капсула стояла на месте, как и светящийся символ, куда я должен был прислонить руку. Что ж, сделаю это.
Ладонь легла на холодный металл метки. Секунда, вторая, а затем:
Как и в прошлый раз, я спешно покинул помещение, прикрыв за собой дверь. Чёрт, надо бы обзавестись чем-нибудь вроде скафандра, имеющего хотя бы эпическую защиту.
— Бум-м! — раздалось за дверью. Ну вот, капсула вскрыта, назад пути нет. Придётся принимать командование над кораблём, так сказать. Чёрт, да я о таком когда-то мог только мечтать! Настоящий космический корабль. И плевать, что он размерами не внушителен. Уверен, он весьма вместителен, и с таким козырем в рукаве можно нагнуть любого, кто попытается навязать нам свою волю. Ну, это в случае, если по космопорту не ударят чем-то серьёзным. Тогда ни корабль, ни что-либо ещё не поможет.
— Командир, через минуту можно будет входить, — сообщил Мидас. — Газ из капсулы почти весь вытянуло во второе помещение. Там свод выше.
— Всё предусмотрели инженеры Брэтсиза, — усмехнулся я. — Умели строить. Кстати, что думаешь, скоро мы сможем установить мне нейросеть?
