«А ты думаешь, что у нашего ректора хватило бы сил и влияния, дабы все это провернуть? Не смеши меня. Он отправился в этот поход, с позволения мистера Альтероса, который сейчас занят делами государства, и не может лично всем этим заняться»
«Мне он не показался таким уж преданным человеком…» — высказал свои мысли Вик, который понемногу стал возвращать себе трезвость ума.
«Он таковым и не является. Фрейзер хочет заполучить все себе. Все сокровища и знания, которые прячутся по ту сторону Стены. Именно для этого он много лет втирался к архимагу в доверие. И делал это до тех пор, пока не стал его правой рукой»
В этот момент Вик почувствовал толику уважения к Фрейзеру. Архимаг был ключевой фигурой для всего королевства, являясь самым весомым аргументом в любом противостоянии.
Кроме того, нынешний архимаг был одним из самых хитрых и свирепых, из всех, кто когда-либо занимал эту же должность.
И обхитрить такого человека?
«Теперь ты можешь себе представить его натуру» — добавил Битрим.
«Да уж» — от осознания того, участником чего он стал, Вику было не по себе.
«Но, хватит об этом» — привлёк его внимание Битрим, вяло махнув рукой: «По определённым причинам, я решил тебе помочь. Но эта помощь не заключается в том, чего ты желаешь»
«Тогда в чем именно?» — спросил Вик, недоумевая.
Выдержав небольшую паузу, тот ответил:
«Я дам тебе возможность выжить…»
***
Битрим никогда не был добрым и сострадательным человеком. Такой милости никто не заслуживал.
Его прошло было слишком мрачны и темным, дабы вообще предположить нечто настолько глупое, как теплые чувства к людям.
Каково это, иметь любящую семью и хороших родителей? Каково это, иметь друзей и товарищей? Каково это, с кем-то веселиться? И что вообще такое, это веселье?
Битрим не знал.
Его жизнь — это жизнь никчемного отпрыска, рождённого в далеком, военном концлагере. А он сам — результат старого, как сам свет насилия над слабым полом.
В то время над империей висел туман бесконечных войн, которые своей жестокостью поражали воображение не только соседей, но и далёкие страны. Они с ужасом смотрели на то, как великие королевства и древние династии гибнут одна за другой, навеки исчезая из летописей этого мира.
Однако таков был мир той эпохи. Эпохи — упадка, как ее потом прозвали историки и менестрели.
И это название было оправданным.
Но не только смертями бесчисленных людей, но и растущим в империи разбоем и насилием, которые со временем превратили опустошенные земли в бесконечные островки боли и страданий. А затем появились концлагеря — место для предателей и военнопленных.
Туда попала и его мать — молодая и невинная девушка, волей судьбы ставшая пленником жестоких захватчиков. Красивая от природы, она сразу же попалась на глаза управляющего, который и сломил ее волю, обратив в простую игрушку для мужчин.
Однако нечто подобное никогда не было редкостью в стенах лагеря. Особенно если учитывать то, как мало женщин туда попадало. Одна на сотню — это уже рай для мужиков.
В то время, она, скорее всего, всем сердцем проклинала дарованную ей красоту, ведь она и стала причиной ее страданий.
Но ни ее мольбы, ни проклятия никого не волновали. В подобных местах женщин ценили не больше, чем скот.
Однако нечто такое, как беременность, почему-то всегда было под строгим запретом. Да, смерть и побои были привычным, и даже обыденным делом, однако детей там не жаловали. В лучшем случае роженицу просто жестоко избивали, дабы та не родила, или убивали дитя при родах.
В худшем же случае, ее и вовсе могли повесить, дабы та не принесла им проблем в будущем.
Однако в случае с Битримом, ситуация была немного иной — ''отец'' решил оставить мальца себе. Но любовью и заботой о своем потомстве там и не пахло. Об этом мальчик узнал будучи ещё зелёным мальчишкой, которому едва исполнилось пять лет. В том возрасте его мать внезапно умерла, не выдержав над собою насилия и побоев со стороны различного мужичья.
Оставшись один на один с холодом и жестокостью концлагеря, мальчик едва не умер. Однако ему, можно сказать, повезло — отец вспомнил-таки о своем отпрыске. Взяв маленького Кхайзена в оборот, он породил на свет жестокого и безжалостного палача. Убийцу, чей клинок разил всех неугодных его отцу людей.
Но паренек с радостью принял эту участь, ведь пред его глазами нетленным образом стояли лица всех тех, кто издевался над ним и его покойной матерью.
Но… один лишь бог знает, сколько боли с унижений ему пришлось пережить. Сколько невинных детских слез утекло с его глаз, прежде чем в глазах его отца появилась хоть тень снисхождения…
Однако это не значило, что тот прекратил свое ''воспитание''. Совсем наоборот. Его отец, даже не зная толком, как правильно взрастить в своем отпрыске покорного пса, продолжал полюбившееся за годы дело, пуская в ход все, что порождало его больное воображение.
И в результате, он все-таки добился своего — отпрыск стал злобным зверем, которого можно было на кого-то натравить.
Нравилось ли ему подобное?
Без сомнения. Полученная им впоследствии власть, в полной мере окупила затраченное на Кхайзена время.
