— Я плохо ножи бросаю? — Александр выхватил нож из ножен и пригвоздил им к дереву крупную гусеницу.
Черкеса и это не обрадовало.
— Что с тобой, дружище? — удивился Александр.
— Прощаться надо нам с табой скоро, навсэгда. Чувствуй я, — грустно ответил черкес.
— А я не собираюсь уходить из армии, — удивился Александр.
— Я собираюс. Мать мой давно умэр. Он ночю приходиль, в сон, и сказаль: «Ахмед, уже хватит воеват, уже ко мне иды».
Александр успокоил его:
— Сегодня среда, и сон не в руку. А звал ты меня зачем?
— Не я зваль, генераль зваль. Сказаль через 30 минут кинязя Гедеминов ко мнэ.
— Так и сказал, «князя»? — обрадовался Александр. — Ты не ослышался?
— Нэт. Навэрно, сэрьезний дэло будэт тэбе. Нэ сказаль, киняжич.
Генерал Дончак велел черкесу встать за дверью, закрыл окна и предложил Александру сесть.
— Буду с вами откровенен, князь Александр, — сказал он. — Возможно, Сибирская республика, которую я создал, не выдержит натиска. Красные успешно наступают на всех фронтах, и предатели в наших рядах есть. Вы, князь, слишком юны. Вам надо жить. Возвращайтесь в Париж тем же путем, каким пришли ко мне. Вы должны увезти с собой тайну золотого запаса. Взгляните на карту. Вот в этих скалах, в десяти местах будет храниться золото России. Внимательно посмотрите на карту. А теперь пересядьте за другой стол и по памяти начертите то, что видели. Отец говорил, что у вас хорошая память.
Вошел денщик, принес завтрак, посмотрел на Александра.
— Поставь. Ты свободен, — сказал ему генерал.
Через десять минут Александр показал генералу готовую карту. Тот сравнил ее с оригиналом и, похвалив, заметил: — Ваш отец был прав.
Генерал Дончак велел еще раз начертить карту. Затем показал точку на ней: — Здесь охотничья избушка. Завтра уговорите двух солдат–пьяниц сбежать с вами. Придумайте любую историю, убедите их. Три лошади с провизией будут ждать вас в овраге. Неделю сидите в сторожке. Там есть тайник. В нем найдете оружие, еду и самогон. Пусть пьют. Через неделю, на рассвете, во время, которое я назначу, скачите вот сюда, — Генерал ткнул указкой в карту. — Езжайте прямо на выстрелы. Сверим часы.
Затем он положил на поднос карту и две ее копии, которые нарисовал Александр, и поджег их.
— Теперь только мы знаем тайну. Других свидетелей не будет, — твердо сказал он и добавил: — После вашего исчезновения я буду всех допрашивать, чтобы это получило огласку. Солдат, что будут с вами, рано или поздно красные задержат. Они подтвердят ваше алиби. Потом уйдете от них. Держитесь подальше от наших войск.
Вечером Александр выбрал себе солдат и, показав им на фляжку, сказал:
— Дело есть. Отойдемте в сторонку.
Солдатам было лестно, что сам генеральский ординарец, юный князь, обращается к ним.
— Чтобы никто не знал, — предупредил Александр и, предложив им выпить, налил спирт в кружки, которые принес с собой.
Солдаты выпили, закусили тем, что принес им Александр, и спросили:
— Что делать надо? Да мы за вас, княжич, горой, — и стали клясться в верности.
Александр велел им утром быть на этом месте и, оставив их, пошел к старому монаху.
— Я пришел попрощаться, — сказал он. — Мы наверное больше не увидимся. Мне очень жаль расставаться с вами. Вы меня многому научили. Только научите еще, где силу взять? Вы старый, а сильный.
— Научу, — пообещал монах. — Ты умный, быстро поймешь, только долго тренироваться надо. Вот так садись.
Он сел как всегда, скрестил ноги и как мог объяснил юному князю свои действия. Александр понял, что искусство медитации — путь к духовному совершенству. Весь вечер он записывал за своим учителем каждое слово, рисовал на бумаге каждое движение, чтобы потом переосмыслить и запомнить, жалея что он не знает китайского языка, а монах русского. Но главное Александр усвоил: «Вся сила внутри человека, и изнутри звучат команды. И сила, и спокойствие — дело тренировки».
Ушел он от монаха под утро. Попращавшись с генералом и черкесом, он прихватил с собой ножи и побежал к условленному месту встречи с солдатами. Найдя солдат, Александр повел их к оврагу. Скоро показались оседланные лошади с поклажей.
Часа три скакали до охотничьей избушки. Зашли. Александр показал на поклажу:
— Здесь еда, спирт, крестьянская одежда и одежда для меня. Возвращаться нельзя. Наши идут в наступление. Пусть белые и красные дерутся, а мы здесь переждем, а потом уйдем на Дальний Восток. Мне нужно в Париж, к матушке. За отца я отомстил. Дальше воевать бессмысленно. Если вы со мной согласны, оставайтесь.
Солдаты тупо уставились на него.
— А чо же назад? Я и не знаю куды. Да и умирать не хочется. Как ты думаешь, Петро? — спросил чернявый солдат товарища.
— И то страшно, и другое. Как бы из огня да не в полымя? А как же вы, княжич? Вас искать станут.
— Поищут и перестанут, расседлайте лошадей да поклажу снимите. Я есть хочу. Кипяток поставьте.
— Никуда больше не поеду, — сказал после ужина Петро. — Здесь останусь, пока все не кончится. — А потом спросил: — Барин, а как продукты кончатся? Ружья у нас есть охотиться?