– Я его ненавижу. Я так и думала, что все из-за него... Из-за него Ирис покончила с собой. Или это Бартон убил ее из-за него. Ах, как все отвратительно...
Пуаро ласково сказал:
– Забудьте о них, мадемуазель, забудьте. Оставьте прошлое в прошлом. Думайте о настоящем.
– Да, конечно, вы правы... – пробормотала Паулина.
Пуаро повернулся к Лоле Вальдес:
– Сеньора, за этот вечер я успел осмелеть. Не согласитесь ли вы со мной потанцевать?
– О, с удовольствием. Вы... сегодня вы победитель, мосье Пуаро. Я непременно иду с вами танцевать.
– Вы очень любезны, сеньора.
Тони с Паулиной остались вдвоем. Они потянулись друг к другу через стол.
– Паулина, дорогая.
– Ах, Тони, сегодня весь день я вела себя, как отвратительная злючая кусачая кошка. Неужели ты меня простишь?
– Ангел мой! Слышишь, опять «Наш вечер». Идем потанцуем.
И они закружились в танце, улыбаясь друг другу и негромко в такт подпевая:
На телефонный звонок ответила мисс Лемон, энергичная секретарша Эркюля Пуаро.
Отложив свой блокнот для стенографирования, она подняла трубку и произнесла спокойным голосом:
– Трафальгар 8137.
Откинувшись в своем кресле с прямой спинкой, Эркюль Пуаро прикрыл глаза. Его пальцы выбивали негромкий задумчивый ритм на краю стола. В мыслях он все еще продолжал шлифовать и так уже безупречный абзац письма, которое диктовал.
Прикрыв мембрану рукой, мисс Лемон спросила тихим голосом:
– Личный звонок из Лэптона, Девоншир. Будете говорить?
Пуаро поморщился – название городка ничего ему не говорило.
– А кто звонит? – осторожно поинтересовался он.
Мисс Лемон заговорила в трубку.
–
Брови Эркюля Пуаро полезли на лоб. В его памяти возник образ женщины с растрепанными ветром седыми волосами... орлиным профилем...
Он встал, взял трубку из рук секретарши и напыщенно сообщил в нее:
– У аппарата Эркюль Пуаро.
– Это говорит лично мистер Эркюль Порро? – раздался подозрительный голос телефонистки.
Пуаро заверил ее, что именно так это и было.
– Соединяю вас с мистером Порро, – произнес голос.
Тонкий, пронзительный голос сменился великолепным глубоким контральто, которое заставило Пуаро отодвинуть трубку подальше от уха.
– Мистер Пуаро, это действительно
– Да, это лично я, мадам.
– А это миссис Оливер. Не знаю, вспомните ли вы меня...
– Ну, конечно же, я вас помню, мадам. Как вас можно забыть?
– И все-таки некоторым это удается, – произнесла миссис Оливер. – И даже довольно часто. Не думаю, что я такая уж запоминающаяся личность. А может быть, это потому, что я люблю экспериментировать со своими прическами. Но сейчас все это не имеет никакого значения. Надеюсь, я не отвлекаю вас от кучи важных дел?
– Нет, нет, ни в коем случае.
– Прекрасно, мне бы очень не хотелось помешать вам. Все дело в том, что вы мне
– Необходим?
– Да, и немедленно. Вы можете прилететь на аэроплане?
– Я не летаю на аэропланах. Меня в них укачивает.
– И меня тоже. Да и в любом случае я не уверена, что на аэроплане получится быстрее, чем на поезде, потому что, насколько я знаю, ближайший аэропорт находится в Эксетере, в десятках миль отсюда. Поэтому приезжайте поездом. Двенадцатичасовым, который отходит с Паддингтонского вокзала. Вы должны выйти на остановке Лэптон в сторону Нассикоума. Вы все прекрасно успеете. У вас еще целых три четверти часа, если мои часы не врут, хотя в большинстве случаев они именно врут.
– Но где вы, мадам? И в чем, собственно,
– В Гриншор-хаус, в Лэптоне. Или автомобиль, или такси будут ждать вас на станции.
– Но зачем я вам нужен? В чем, собственно,
– Телефоны всегда ставят в таких неудобных местах, – объяснила миссис Оливер. – Этот, например, стоит в холле... Здесь постоянно проходят всякие люди со своими разговорами... Мне очень плохо слышно. Но я вас жду. Все будут в совершенном восторге. До встречи.
Раздался резкий щелчок, свидетельствующий о том, что миссис Оливер положила трубку. На линии раздавалось только легкое гудение.
Сбитый с толку Пуаро в замешательстве повесил трубку и что-то пробормотал себе под нос. Лицо мисс Лемон не выражало никаких эмоций, она сидела с карандашом наготове. Приглушенным голосом секретарша повторила последнюю фразу, которую успела записать перед звонком.
– «...позвольте мне заверить вас, мой дорогой сэр, что предположение, которое вы изволили выдвинуть...»
Пуаро отмахнулся от обсуждения «выдвинутых предположений».
