– Не судите его слишком строго, – с легкой улыбкой сказала миссис Хаббард. – У Лена Бейтсона такой характер. Он очень добрый, великодушный, терпимый, но при этом импульсивный и вспыльчивый мальчик.
– А какой у него был рюкзак?
– Самый обыкновенный.
– Вы не могли бы показать мне похожий, мадам?
– Конечно. Кажется, у Колина есть такой же. И у Найджела. Да и у самого Лена тоже, ведь он купил себе новый. Студенты обычно покупают рюкзаки в лавке на нашей улице, в самом конце. Там продается все необходимое для туристов, всякое снаряжение, шорты, спальные мешки... И все очень дешево, гораздо дешевле, чем в больших универмагах.
– Пойдемте посмотрим на рюкзак.
Миссис Хаббард любезно провела его в комнату Колина МакНабба. Колина не было, но миссис Хаббард сама открыла шкаф, нагнулась и вытащила рюкзак.
– Вот, пожалуйста, мосье Пуаро. Пропавший был точь-в-точь такой же.
– А разрезать его нелегко, – пробормотал Пуаро, разглядывая рюкзак. – Тут маникюрными ножницами не обойдешься.
– Что вы, конечно, женщина здесь вряд ли справится. Тут нужна сила, и недюжинная.
– Вы правы.
– Ну, а потом, когда нашли шарф Валери, тоже изрезанный на куски, я подумала, что... что у кого-то не все в порядке с психикой.
– Да нет, – возразил Пуаро, – по-моему, вы ошибаетесь, мадам. Сумасшествием тут и не пахнет. Я думаю, что некто действовал вполне осмысленно и целенаправленно. У него был, так сказать, свой метод.
– Я полностью полагаюсь на ваше мнение, мосье Пуаро, – вздохнула миссис Хаббард. – Могу лишь сказать, что мне как-то от всего этого не по себе. Насколько я могу судить, большинство наших студентов – хорошие ребята, и очень грустно думать, что...
Пуаро приблизился к стеклянной двери, открыл ее и вышел на старомодный балкончик.
Внизу зеленел маленький уютный сад, располагавшийся позади дома.
– Здесь, вероятно, гораздо спокойнее, чем в тех комнатах, что выходят окнами на улицу.
– Ну это как сказать, – возразила миссис Хаббард. – Хикори очень тихая улочка. А в саду по ночам собираются все окрестные коты. Сами знаете, как они истошно кричат. И контейнеры для отходов тоже с этой стороны, их крышки с таким грохотом всегда захлопывают...
Пуаро посмотрел на четыре огромные контейнера для золы, стоящие рядом, потом окинул взглядом остальные, для прочего мусора.
– А где у вас котельная?
– Видите ту дверцу, сразу за сараем для угля?
– Да-да, вижу. – Пуаро продолжал внимательно разглядывать сад и ближайшие строения. – А чьи еще окна выходят на эту сторону?
– Найджела Чэпмена и Лена Бейтсона. Это соседняя комната.
– А рядом с ними кто живет?
– Ну это уже другой корпус, там комнаты девушек. Первая отсюда – Селии, потом – Элизабет Джонстон, потом – Патрисии Лейн. А окна Валери выходят на улицу.
Пуаро кивнул и вернулся с балкона в комнату.
– Я вижу, этот молодой человек очень аккуратен, – одобрительно заметил он, осматриваясь.
– О да. У Колина всегда идеальный порядок. Не то что у некоторых наших мальчиков. Видели бы вы, что творится у Лена Бейтсона, – сказала миссис Хаббард, и тут же великодушно добавила: – Но вообще-то он очень славный парень, мосье Пуаро.
– Так вы говорите, что эти рюкзаки куплены в магазинчике на вашей улице?
– Да.
– А как он называется?
– Ой, пожалуй, сразу и не вспомню... Кажется, «Мабберли» или «Келсо». Конечно, эти фамилии совсем разные. Сама не понимаю, почему они отложились в моей памяти как нечто очень похожее... Наверное, потому, что когда-то я была знакома с некими Келсо и Мабберли и члены этих семейств на удивление мало чем друг от друга отличались.
– Вот-вот, – оживившись, подхватил Пуаро, – меня всегда очень интересует именно это. Необъяснимые на первый взгляд ассоциации.
Пуаро еще раз вышел на балкончик, посмотрел на садик, а потом, попрощавшись с миссис Хаббард, ушел.
С Хикори-роуд он свернул в ближайший переулок и прошел немного вперед. Он легко узнал магазинчик, о котором говорила миссис Хаббард. В витринах были выставлены корзинки, рюкзаки, термосы, шорты, ковбойки, тропические шлемы, палатки, купальники, велосипедные фары, фонари, – короче говоря, все необходимое для молодежи, увлекающейся спортом и туризмом. На вывеске стояло имя Хикса. А вовсе не Мабберли и не Келсо, – отметил про себя Пуаро. Хорошенько рассмотрев витрины, Пуаро вошел в магазинчик и сказал, что ему нужен рюкзак для племянника.
– Он заниматься туризм, вы понимаете, – сказал Пуаро, стараясь как можно больше коверкать слова. – Он ходит ногами с другими студентами, и всё, что ему надо, он носит на спине, а когда видит машины или грузовики, которые ездят мимо, он... как это... голосует.
Хозяин, услужливый рыжеватый человечек, быстро сообразил, о чем речь.
– А, понятно, автостоп! – сказал он. – Сейчас вся молодежь ездит автостопом. Автобусы и железные дороги терпят большие убытки. А многие из ребят объездили автостопом всю Европу. Значит, вам нужен рюкзак? Какой? Обычный?
– Я так понимаю. Да. А у вас много рюкзаков?
