Эркюль Пуаро полностью

– Миссис Крейл была очень мила. – Голос достойной гувернантки смягчился, наполнился теплом и волнением. – И мне было ее очень жаль!

– А ваша воспитанница Анджела Воррен?

– Это была интересная девочка. Привлекательнее всех, с кем мне когда-либо приходилось иметь дело. Очень умная девочка. Правда, крайне недисциплинированная, резкая, во многих случаях с нею трудно было договориться. – Она немного помолчала. – Я всегда верила, что она сделает в жизни что-то значительное. И она сделала! Вы читали ее книгу о Сахаре? Она вела раскопки гробниц Фаюма. Да, я горжусь Анджелой. Я недолго жила в Олдербери – два с половиной года, но мне всегда приятно чувствовать, что и я содействовала развитию ее способностей, одобряя увлечение археологией.

Пуаро сказал:

– Насколько мне известно, было решено отправить ее в школу. Вас, наверное, это огорчило?

– Напротив, мосье Пуаро, я была полностью согласна. – Потом, после некоторой паузы: – Я хочу вам раскрыть истинное положение дел. Анджела была милая, симпатичная девочка, которую можно только любить. Нежная, пылкая, импульсивная. И очень непростая. Она достигла возраста, когда ты уже не ребенок, но еще не женщина. Временами разумная и зрелая, как взрослый человек, она вдруг становилась лукавой, взбалмошной, с нетерпимыми поступками. В этом возрасте, вы знаете, у девочек происходят довольно сложные душевные изменения... Они становятся чрезвычайно уязвимы, все их оскорбляет, они сердятся, когда к ним относятся как к детям, и наоборот – им неловко, если видишь в них женщину. Анджела находилась в подобном душевном состоянии. Она нервничала, обижалась ни с того ни с сего, вспыхивала. Бывало, целыми днями сидела, насупившись, ничего не делая, а потом снова предавалась своим забавам – лазила по деревьям в саду, играла с детьми в разбойников, не признавала никаких авторитетов.

Мисс Вильямс опять помолчала.

– Когда девочки подходят к этой фазе, школа может быть им полезна. У них возникает потребность в авторитете. Здоровая дисциплина коллектива помогает им стать разумным членом общества. Условия, которые были у Анджелы дома, я не решусь назвать идеальными. Во-первых, миссис Крейл баловала ее. Девочка считала, что время и внимание сестры принадлежат ей. Это приводило к конфликтам с мистером Крейлом. Тот, понятно, считал, что он должен быть на первом месте, и домогался этого. Он действительно очень любил девочку, они были хорошими друзьями, а их перебранки были в общем-то беззлобными. Однако порой случалось, что излишнее внимание миссис Крейл к Анджеле сердило его, а если миссис Крейл выступала в защиту мужа, сердилась Анджела. Бывали случаи, когда Анджела, чтоб отомстить, устраивала мистеру Крейлу какую-то гадость. Мистер Крейл имел привычку пить залпом. Анджела однажды насыпала ему в напиток целую горсть соли. Смесь, разумеется, вызвала рвоту, мистер Крейл просто онемел от злости. Но вершиной ее проделок были улитки, которые она подсунула ему в постель. Мистер Крейл особенно их не терпел... Он тогда окончательно вышел из себя и сказал, что девочку пора отправить в интернат. Анджелу это страшно огорчило. Хотя она сама раз или два высказывала желание пойти в интернат, она устроила чуть ли не истерику. Миссис Крейл не хотела, чтобы Анджела уезжала, однако дала себя убедить – главным образом благодаря моим уговорам. Я ей объяснила, что это – для блага Анджелы, что, по-моему, школа пойдет ей на пользу. Было решено осенью отправить Анджелу в Хелстон, в довольно хороший интернат на южном берегу. Но миссис Крейл тем не менее была этим удручена, а Анджела обижалась на мистера Крейла. Это не было чем-то слишком серьезным, вы меня понимаете, мосье Пуаро, но усиливало нервозность в доме при всем том, что там уже было.

– Вы имеете в виду присутствие Эльзы Грир?

– Да!

– Что вы думаете об Эльзе Грир?

– У меня о ней нет никакого впечатления. Молодая женщина, лишенная каких-либо принципов.

– Она была слишком молодой?

– Вполне зрелой, чтобы знать, как нужно себя вести. Я не нахожу для нее никакого оправдания. Абсолютно никакого!

– Она влюбилась в него, я полагаю...

Мисс Вильямс высокомерно перебила его:

– Влюбилась в него! Но мне хотелось бы думать, мосье Пуаро, что, какими бы ни были наши чувства, мы должны ими управлять, оставаться в рамках пристойности. Во всяком случае, мы обязаны управлять своими поступками. У этой девушки не было и тени моральных принципов. Тот факт, что мистер Крейл человек женатый, ничего для нее не значил. Совершенно бесстыдная в своих поступках, слишком решительная и слишком холодная. Возможно, она была плохо воспитана. Это единственное оправдание, какое я могу для нее найти.

– Смерть Крейла была, конечно, для нее тяжелым ударом...