— Я предположил, что существует обряд, активирующий Дар Хранителя. Кристоф считал, что инициация происходит стихийно. Как оказалось, мы оба были по-своему правы, хотя он — ближе к истине. Я уговорил его провести для меня расследование. Он не успел его завершить, но кое-что все-таки разыскал. В одном горном поселении до сих пор существует варварский обычай: молодая знахарка, принимающая обязанности от своей предшественницы, подвергается публичной дефлорации, вступая в сексуальный контакт с одним из воинов.
Магистр бросил на меня быстрый взгляд, видимо, проверяя, не грохнусь ли я в обморок от таких подробностей.
— Никакого логического объяснения этой традиции нет, знахарские способности не зависят от девственности их обладательницы. Кристоф высказал гипотезу, что когда-то давно в селении была знахарка-Хранительница, чьи способности активировались во время первого сексуального контакта, и с тех пор традиция сохранилась, хотя никто уже не помнит, откуда она пошла. Он оказался прав. Я узнал это позже, когда посетил деревню. У них действительно есть поверье, что если девушка чиста душой так же, как и телом, во время ритуала на нее снизойдет дар небес, и она станет Великой Матерью, как уже было однажды. Я понимал, что одного случая не достаточно, чтобы сделать выводы, поэтому счел преждевременным посвящать в это Веронику. Но был готов к тому, что произошло сегодня.
В самой идее обретения магического дара через секс, которая казалась откровением эльфу, я не нашла ничего нового: она присутствует чуть ли не во всех земных культурах. Но картинка все равно не складывалась.
— Магистр, а как же Вереск?
Женькины глаза удивленно расширились, и я покраснела, осознав двусмысленность вопроса.
— Мы не занимались любовью. Но перед смертью у него радужки поменяли цвет, стали эльфийскими. Как у Ники, только синими. Магия Воды.
Магистр покачал головой.
— Вы уверены в том, что действительно видели это? Простите, Юлия, но вы находились в состоянии стресса. Да и сотрясение мозга вполне могло исказить восприятие.
Я хотела возмутиться, но возражения застряли в горле. Не так давно я убеждала себя в том, что встреча в Вельмарском трактире была реальной, потому что несколькими месяцами позже я узнала глаза менестреля. Но что если взгляд умирающего Вереска
Дан, который внимательно следил за сменой выражений на моем лице, недовольно искривил губы:
— Магистр, зачем вы это делаете? У Юлии и без того масса поводов сомневаться в собственном психическом здоровье. Вы ведь знаете, что она права.
— Откуда мне знать? И откуда
— Хорошо, вот вам еще один факт, если свидетельства Юлии недостаточно. Кристоф белль Гьерра — дальний потомок Аллотара Повелителя Воды.
— Это не так. Я проверял родословную белль Гьерра.
— Вы уверены, что знаете
Неплохо для парня с амнезией, да? Интересно, кем Дан был до того, как встретился со мной?
— Есть и еще один факт, не вписывающийся в вашу теорию, — продолжил Дан. — Я уверен, он вам тоже не понравится, но для него, по крайней мере, сохранились письменные свидетельства.
— Что вы имеете в виду?
— "Пламя жизни, пламя смерти" белль Торнелла.
Магистр поджал губы.
— Вы правы, мне не нравится. Я бы не стал полагаться на этот грязный пасквиль.
— А можно пояснить, о чем речь? — недовольно уточнила я. — А то не все здесь такие эрудированные.
Судя по тому, как Женька заинтересованно подался вперед, он тоже относился к этим "не всем".
— Вы знаете, кто такая Эстер Огненная?
— В общих чертах, — я качнула ладонью в воздухе, изображая неуверенность. — Один из самых известных человеческих магов. Участвовала в Предсоюзной войне на стороне Карантеллы. Когда в результате предательства воинский гарнизон покинул город, она в одиночку сдерживала вражескую армию и фактически заслонила собой жителей. Погибла, была с почестями похоронена, воспета в песнях и все такое.
