– Он сам меня нашел! Честное слово, он все сделал сам. Однажды связался со мной под видом заказчика, попросил кое-что нарисовать.
Выходить на связь под видом кого-то было очень похоже на Джереми. В это я мог поверить с легкостью.
– Что это было? – внутри начинала нарастать тревога и еще одно чувство, которое я трактовать пока был не в силах.
– МёрМёр, конечно, – девушка усиленно кусала губы. – Когда я отдала заказ, он был так рад, что хотел заказать еще. Сказал, что у него для меня много работы и попросил мой номер телефона.
Так вот какой заказчик тогда появился у Иви. Я осознавал все постепенно, но боялся комментировать и сбивать поток поступающей информации.
– Ну, я и дала свой номер, – соседка закрыла лицо руками, и ее голос начал срываться. – Но, когда мы начали разговаривать, все, что он делал – это расспрашивал о тебе! Поверь, я сразу сказала ему, что это подозрительно. Но он говорил, что он – твой родственник! Далекий, поэтому не знал, как ты рос, нашел тебя только сейчас. Он был так эмоционален, сто раз повторял одно и то же: «Я так давно искал его!»
Лучше бы он пару столетий назад искал так усердно, как сейчас.
– Я поверила, Боузи, потому что всегда хотела тебе только лучшего, понимаешь? – подруга отвела ладони от своего лица, и я заметил, как ее яркий макияж расплывается от слез. – Мы с тобой были там вместе, и я помню, как тебе было тяжело. Тяжелее всех! И знала от тебя, что ты чувствуешь ежедневно… Я так надеялась, что найденная семья тебя порадует, даст ощущение безопасности, что ли… Я не знаю!
– Что было дальше? – больше не находя сил сдерживаться, резко прервал ее я.
Константин положил перед Иви пачку с вытягивающимися салфетками. Она поблагодарила мужчину, вытерла лицо и достала из кармана юбки мой телефон.
– Вот, кстати, – подруга решила сменить тему и протянула мне гаджет. Его экран был безнадежно разбит, но это меня не волновало. – Держи. Мы зарядили его, пока ты спал.
– Иви, что было дальше? – я грубовато давил на соседку, теперь распознавая второе нарастающее ощущение. Это была злость из-за ее предательства.
– Боузи, спокойнее, – доктор положил мне руку на плечо, отлично распознавая зарождающуюся агрессию на расстоянии. – Мы все здесь понимаем твои чувства, но Иви и так все расскажет.
Подруга кивнула.
– Нет-нет, доктор, он прав, – подруга нервно закивала. – Мы были не в тех отношениях, чтобы я так просто его предала.
– Иви, вы никого не предали, – Константин вздохнул, сталкиваясь со мной взглядом. – Останьтесь после, мы поговорим с вами об этом.
– Хорошо.
Осажденный Константином, я терпеливо ждал, пока девушка закончит.
– Он боялся вот так, без какой-либо подготовки, появляться в твоей жизни. В конце концов, ты был уже взрослым и таким… – художница потерялась, пытаясь подобрать подходящий эпитет. – Нелюдимым. Сказал, что знаком с Бобом, и он ему о тебе рассказал. И они договорились, что Оуэн станет клиентом производства.
Такие люди, как мы с Иви, все время испытывали потребность в деньгах и работали без отдыха для того, чтобы обеспечить себе хотя бы съем достойного жилья. И все это в то время, как кто-то платит за постройку целого квеста просто для того, чтобы с кем-то познакомиться!
– Круто придумал, – едко выплюнул я.
– Но, конечно, ему не хватало той информации, что он получил от твоего начальника. Для того, чтобы… Как он говорил, подготовить почву, ему требовалось больше фактов о тебе. Поэтому он задавал мне вопросы… Ну, время от времени, они были простыми: про то, что ты ешь, что любишь… А дальше – он просил меня кое-что делать.
Иви вновь расплакалась, теперь с пущей силой. Кажется, следующая часть повествования давалась ей особенно тяжело.
– Например, сказать, как ты отреагировал на сообщение, которое он написал, или передать тебе определенную информацию так, чтобы ты успокоился или не переживал… – девушка захлебывалась слезами, но ни на секунду не замолкала. – Иногда спрашивал, что ты делаешь в текущий момент… Но ничего криминального, я клянусь тебе… Все это выглядело так, будто бы он о тебе заботился!
Все вставало на свои места. Я хорошо помнил моменты, когда не понимал той или иной реакции Иви, или был удивлен тому, что она знает о МёрМёр больше, чем я сам. Я сжал зубы. Этот жест отдавался новым витком боли в моей голове, но по-другому этот разговор пережить было невозможно.
– Что насчет картин, которые ты рисовала? – сквозь сжатую челюсть выдавил я.
– Это были заказы Оуэна. Он продолжал мне платить, а я продолжала рисовать… – подруга всхлипнула и попыталась взять меня за руку, но я быстро убрал ее. – К моменту, когда все дошло до тех картин с силуэтом и ракитником, я поняла, что больше не могу скрывать все это, что все происходящее выглядит странно, Боузи! Я стала оставлять работы на видном месте, чтобы ты понял, что я все знаю. Чтобы ты сам начал этот разговор.
– Но почему тогда ты убежала, когда мы увидели тебя возле «Пряток»? – не выдержал и повысил голос я.
