Доктор Константин выглядел спокойным, но все же не таким уверенным, как обычно.
– Конечно, Боузи, – не глядя на меня, ответил он. – Поедем в кафе, мы условились на обед.
Мы ели традиционный фастфуд – жареную картошку с рыбой. Кафе «Фиш энд Чипс Джозефа» находилось в двадцати минутах езды от МёрМёр и представляло собой типичную загородную забегаловку устаревшего типа с коричневыми кожаными диванами и клетчатым полом. Я запивал свой обед колой и смотрел в тарелку, на которой была подана слишком большая для меня порция.
– Я знаю эту женщину, доктор Константин, – осторожно прервал тишину я, когда понял, что к еде больше не притронусь.
– Это Мари, о которой вы говорили, когда мы ехали сюда? – уточнил он, расправляясь со своей порцией весьма непривычным образом, с помощью вилки.
– Нет-нет. Это Ангелина, как и сказал Гордон, – я боялся вызвать у моего специалиста еще больше подозрений. – Ангелина Бодрийяр. Я читал о ней в интернете на форуме, когда собирал информацию о доме. А еще, кажется, именно ее фотографию я видел в лавке старьевщика Сэма.
– Вы уверены? – вскинул брови доктор. – Вроде бы, вы там потеряли сознание.
– Да, практически сразу после этого, – кивая, подтвердил я. – И нет, я не уверен, доктор.
– То, что не уверены – хорошо, – серьезно проговорил Константин. – Это было бы похоже на навязчивую идею, и я бы счел диагноз, поставленный вам, неверным.
– Вы намекаете на то, что я болен чем-то посерьезнее? – нервную насмешку сдержать не получилось.
– Нет, я ни на что не намекаю, – смотря в мне в глаза, ответил психотерапевт. – Вы были под большим впечатлением от дома. Я видел эмоции, которые вы испытывали, когда покинули особняк. И, более того – вы вообще не хотели туда идти. А вчера пережили некий судорожный приступ. Если вы еще не думали о невропатологе, я могу посоветовать коллегу, который сможет вас осмотреть.
Я подпер щеку рукой. Сейчас мне было совсем не до врачей, а Константин попадал под единственное исключение. Я принялся буравить взглядом тарелку. Рыба была немного пережаренной, но вкупе с картошкой имела, тем не менее, приятный вкус. Доктор увидел, что мой чесночный соус кончился, и пододвинул свой ближе ко мне. Все же врач съел еще меньше меня – наверное, он так совсем не питался. Вилка в его руках была лишним тому доказательством. Зря я попросил его заехать именно сюда.
– А что вы едите? – попытался сменить тему я.
– Что вы имеете ввиду? – мужчина улыбнулся. На такие темы мы разговаривали редко. Практически никогда.
– Ну, что вы едите в обычные дни? – уточнил я и откинулся на спинку дивана. – У меня вот странные вкусы.
– Например? – с интересом спросил врач. Кажется, мне удалось отвлечь его от острых для меня вопросов.
– Я ем блинчики с начинкой из рыбы и риса, – выложил я. – Рыба консервированная. И еще я макаю все это в майонез. И мне стыдно за это.
Константин громко рассмеялся, и я почувствовал, как внутри меня распустилось что-то живое и приятное. Я никогда не видел настолько ярких эмоций с его стороны. Мой ответный смех не заставил себя ждать, и вот так вместе мы веселились еще несколько мгновений. Эти считанные секунды были, пожалуй, самыми счастливыми за всю прошедшую неделю.
– Почему вам стыдно за вашу еду? – выдыхая, уточнил доктор.
– Ну знаете, майонез – это вредно, – улыбаясь, констатировал я. – И от него толстеют. А еще, кто вообще ест блины с рыбой? Но это, скорее, пищевая привычка. Нас так кормили
– Боузи, нельзя стыдиться своих вкусов! – удивленно воскликнул мужчина. – Тогда я тоже расскажу вам свою «страшную» пищевую тайну.
– Давайте! – с азартом отозвался я.
– Я обожаю желе из угрей, – заговорщеским тоном произнес Константин.
– Ф-у-у-у! – с искренним отвращением протянул я в ответ.
Мы снова рассмеялись. В какой-то момент я почувствовал, что не хочу, чтобы этот обед заканчивался. Но было понятно, что «выездной прием» подходил к концу, и мне предстояло расплатиться с Константином за его помощь.
– Прежде, чем я переведу вам оплату, можно задать еще один вопрос? – немного глухо поинтересовался я.
– Задавайте, – кивнул доктор.
– Призраков не существует? – почти сразу я почувствовал, что все же спросил глупость и захотел забрать свои слова назад. – С точки зрения специалиста или простого человека? – к моему удивлению, специалист отозвался на мой вопрос очень серьезным тоном. – Или опять и то, и другое?
– И то, и другое.
– С точки зрения специалиста – конечно же, нет, – мягко пояснил Константин. – Это лишь эмоции и стресс людей, которые формируются в особые видения. Иногда, когда подобное приобретает навязчивый характер, это уже галлюцинации. Наш мозг очень силен, даже если болен, а воображение – еще сильнее. Если бы я отвечал вам как простой человек, я сказал бы вам, что мы живем в мире, история которого буквально держится на призраках. Мы не прощаемся с прошлым до конца, предпочитая верить в присутствие тех, кого физически рядом быть уже не может. Таковы люди.
