– Профессором Джеймсом Мориарти, все верно! – парень продолжал общаться с невидимым Лестрейдом, оставляя меня в ранге зрителя. – Но он уже согласен отдать пакет при одном условии, инспектор!
– Выкладывай, Холмс, – рискнул влезть я, отвечая за невидимого представителя Скотленд-ярда.
– Он приглашает вас на раскуривание трубки мира в особое место, которое называется не иначе, как курилка! – гордо отрапортовал друг, пряча в карман несуществующего плаща такую же несуществующую лупу. – Ну же, по коням, Лестрейд, за мной!
И Джим галопом понесся прочь, вынуждая меня набирать скорость и бежать за ним. Таким образом, ключевого места разгадки «тайны» мы достигли очень быстро, а потом еще минут пять не могли отдышаться и задыхались от смеха.
Я закурил и посмотрел на друга, который уже успел вновь стать собой и сменить выражение лица на благодатно-спокойное. Он начал медитировать, вновь расставив руки в стороны и при этом сложив пальцы домиком.
– Эй, нет! – я ткнул парня в плечо. – Не уходи! Где пакет?
– У меня пакет, – привычно промычал Джим, не открывая глаз.
– Это я понял, – мой тон был готов смениться на жалобный. – Верни, пожалуйста!
– Ой, неинтересно с тобой, злой какой, – пропыхтел гейм-мастер, но все же открыл глаза.
Джим поднялся и, как я надеялся, ушел за артефактами. Сегодня туман на парковке не был таким густым, и я даже мог рассмотреть людей с тележками, которые спешили в гипермаркет. Однако господин «Холмс» вернулся довольно быстро и не оставил мне и шанса на прокрастинацию.
– Мне просто понравилась шкатулка, и я решил поиграться с ней, пока тебя не было, малой, – признался Джим. – Вот, смотри.
Он поставил пакет на лавочку рядом с нами и, оставив без внимания канделябр, кофемолку и части торшера, вынул свой фаворит. Особенность этой старинной игрушки была не очевидна, но, как только Джим повернул ключик позади, я понял, что именно так его впечатлило.
В самом центре деревянного короба медленно вращался хрупкий золотой диск. Вокруг него лежали две фарфоровые фигурки поразительной красоты – танцовщица в синем платье и тонкий, одноногий солдатик. Мелодия немного запаздывала и начинала догонять движение диска лишь через минуту после поворота ключа.
– Я не придумал, как зафиксировать кукол, но очень хотел сделать это сам, чтобы тебе показать, – вздохнул Джим. – И приклеить их нельзя, и вставить некуда. Но как-то же они держались.! Может быть, в мастерской разберутся?
– Обязательно, – я кивнул, не отрывая взгляда от фигурок. – Они, и вправду, очень красивые. Но солдатика очень жаль.
– А чего его жалеть, смотри какая у него невеста!
– Он сгорел в сказке, Джим, – нахмурился я.
– А, это. Ну, считай, что в этот раз у солдатика новая жизнь, – друг взъерошил мне волосы. – Переродился, понимаешь? И ничего, что одна нога, балерина же терпима к этому. А мы и подавно, малой.
Я взял солдатика в руки и обвел его больную ногу рукой. Он держался так стойко на этом диске когда-то давно, и обязательно поднимется снова. Нужно было только немного ему помочь. Новая жизнь и его перерождение могут полностью поменять представление о судьбе несчастного и дать ему новую, счастливую жизнь в любви, которая пережила два века.
Джим был прав.
Когда я отвлекся от монитора, за окном было уже темно. Тем не менее, в мастерской все еще шла работа, а рюкзак Рика занимал его место в кресле. Джия достаточно давно попрощалась со мной и поехала за финансированием от Боба, чтобы наконец-то оплатить заказ у Сэма. Я, в свою очередь, пытался закончить составление документа по отделке, но никак не мог сосредоточиться. Листал ленту социальных сетей, читал рабочие чаты, заводил шкатулку, стоящую передо мной – словом, делал все, кроме того, чем сейчас действительно стоило заниматься. Я успел отдать торшер инженеру для дальнейшей переработки под квестовый элемент, но с артефактом, который зацепил и меня, и Джима, пока прощаться не хотел. Правда, уже успел пожалеть о своем решении оставить сувенир у себя – именно шкатулка отвлекала меня от дел больше всего остального.
Голова снова трещала от боли, свидетельствуя о перегрузке. В моем документе абсолютно ничего не складывалось воедино. Мне казалось, что я смотрел на чертежи заказчика и не видел того, что он хочет до меня донести.
Когда мое зрение начало меня подводить и линии в набросках слились между собой, я принял решение распечатать все, что вообще возможно, и попробовать поиграть в паззл. Я собрал фотографии, сделанные за сегодняшнее утро, в единый файл. В другом документе разместил два плана от мистера О. Оба коллажа отправил на печать. Но, к сожалению, результат не совпал с моими ожиданиями. Я совсем забыл о том, что Рик печатал свои чертежи на формате А3, и эта настройка была вбита в программу по умолчанию. Теперь все мои картинки вышли незапланированно огромными. Но, может быть, так было даже лучше?
