Сончжэ пытался всячески успокоить Исук, которая кидалась гневными проклятиями в адрес той женщины. А после… Она не помнила, что случилось после! Сончжэ сказал, что сам поцеловал ее, но почему она не помнит этого? Их поцелуй должен навеки отложиться в ее памяти! Как же это несправедливо! Исук крепко зажмурилась, намереваясь вспомнить каждую деталь, чтобы иметь возможность прокручивать в мыслях тот сладостный миг снова и снова.
– Боже, не могу на это смотреть… – Мёнхун, поглядев на раскрасневшуюся Исук, ушел, хлопнув дверью.
Тогда Исук открыла глаза и уставилась на Сончжэ, как бы спрашивая, что здесь вообще делает Мёнхун?
– Нам часто говорят, что мы похожи, а вы даже не заметили?
Исук опустила взгляд, сгорая со стыда. И вовсе не потому, что вдруг застеснялась его присутствия. Просто потому, что все поняла.
«Боже, только бы он не заметил мои глазные козявки!»
Последняя капля гордости не позволяла Исук вновь взглянуть на Сончжэ.
– Пожалуй, стоит умыться перед выходом. – Сончжэ хитро улыбнулся и вышел из комнаты.
«Ну что за человек? Неужели так вот нужно было заглядывать мне в глаза?!»
Сгорая со стыда, Исук отвернулась и заметила на прикроватной тумбочке старое фото Сончжэ. Один в один как тот пухляш из ее сна, даже очки те же. Сейчас он казался совершенно другим человеком, абсолютно не похожим на мальчишку с фото.
– Почему он кажется мне таким знакомым?
Хотя ничего удивительного, толстые люди начинают казаться похожими друг на друга, если их вес переходит определенную черту. Поэтому Исук решила, что они с Сончжэ точно не могли встречаться раньше, но фото на всякий случай все же сделала.
Встречать новый день в его спальне, укрываясь его одеялом и разглядывая его старые фотографии, было удивительно. Исук еле сдерживалась, чтобы не завизжать от переполняющей ее радости. Это ведь все равно что оказаться в одной студии со своим любимым артистом, наблюдая за процессом записи вживую.
… – Ооо! Так теперь у вас с Ха Сончжэ все официально?
– Ну… наверное, да? Разве нет?
Канок, с которой Исук встретилась в кафе, где подрабатывала Бомин, лукаво улыбалась, глядя на подругу.
– Ну и чего ты лыбишься? Я серьезно!
– Ох, подруга! Всему-то тебя учить надо! Нужно было в лоб спросить: мы ведь теперь встречаемся, да? Чтобы он четко осознал, что ты уже пометила свою территорию, что теперь он твой. Ты слишком доверяешь мужчинам!
– А если бы он ответил – нет? Что тогда бы я делала?
– Послала бы его! Именно поэтому и нужно решать такие вопросы на берегу! Нужно обязательно дать понять мужчине – я вся твоя, теперь мы вместе! Чтобы он знал, что все серьезно, и потом не возникло никаких проблем, дурында!
– Ну и что за детский сад? Нельзя же просто взять и заявить ему, что с этого дня мы начнем вести отсчет[46] до следующей годовщины!
– Любовь – это всегда ребячество!
Бомин, суетившаяся все время рядом, наконец поставила на столик кофе и сэндвичи и подсела к подругам. Теперь, когда она и сама состояла в отношениях, пусть и довольно странных, она тоже внимательно прислушивалась к разговору.
– Исук, так поступают все, кроме тебя!
Выходит, она ошибалась? В этот момент даже живот Исук расстроенно заурчал. Она отпила кофе, не обращая внимания на то, насколько он горячий, и, естественно, пролила его.
– Ты как будто в пещере какой-то выросла, а не среди людей. – Канок, бросив салфетку Исук, громко цокнула.
– Похоже, самая большая проблема в твоих отношениях с Сончжэ – его брат? – спросила Бомин, протирая стол.
– Ты про Мёнхуна?
– Воу, стоп, давайте вы при мне не будете упоминать его имя, а? – Канок с отвращением начала размахивать руками, как только речь зашла о друге Хёнхо.
– Это же совсем как интрижка с кем-то из родни прямо перед свадьбой.
Исук, жевавшая лед в попытке унять пульсацию от ожога на языке, на мгновение застыла.
– Ты же сама говорила, что вы виделись с ним пару раз, обсуждали всякие секретики.
– Эй, он же абсолютно легкомысленный! Наверняка его подкаты ко мне – просто нелепая шутка.
– Это ты так думаешь или он?
– Я не думаю, это факт! – твердо заявила Исук, а сама на нервах вместе со слюной проглотила и кубики льда, которые все это время держала во рту.
Бомин в ответ лишь пожала плечами, но ее жест заставил Исук сомневаться весь оставшийся день.
Действительно ли было что-то между ней и Мёнхуном? Сончжэ предупреждал ее, что с ним нельзя связываться. Что, если он все неправильно поймет?
Нет! Однозначно нет! Она с ним уж точно не флиртовала! К чему вообще обращать внимание на такие мелочи? Зачем пытаться четко разграничить флирт и начало отношений? Разве не могут взрослые люди просто действовать так, как велит им сердце? Почему отношения – это так сложно?
Голова Исук едва не лопалась от наплыва мыслей. Но в тот момент она еще не знала, что отношения между мужчиной и женщиной – это не только чувства.
… – Доброе утро!
Открывая дверь в офис, Исук волновалась. Но никто из коллег не обратил на нее внимания, потому что оно было приковано к другому человеку.
