– Меня зовут Ха Мёнхун, я студент факультета журналистики и телевещания университета Хангук[47]. С сегодняшнего дня я буду работать с вами в качестве стажера. Надеюсь на вашу поддержку. Спасибо!
Исук молча смотрела на него, задаваясь вопросом, почему он решил прийти именно в их телекомпанию? Неужели нельзя было выбрать другое место? И почему именно их отдел?
Она присела на стул и заметила смущенного Сончжэ, для которого поступок брата, по всей видимости, тоже стал сюрпризом.
«Что, черт возьми, вообще происходит? Может ли хоть кто-нибудь мне объяснить?»
Но она слышала только, как воодушевленные коллеги, покидая офис, обсуждают, какой же Мёнхун красавчик. Даже Чжинён, которая обычно практически никак не выражала своих эмоций, кажется, кокетничала. Ее щеки порозовели от смущения, она застенчиво улыбалась, глядя на Мёнхуна.
– У вас есть девушка? – смело спросила одна младшая сценаристка, не желая никому уступать.
– Нет.
– В таком случае, может, есть кто-то на примете?
– Можно и так сказать.
– О, вот оно, молодое поколение! Ко всему открытое! Интересно, каких девушек вы предпочитаете?
– Вот таких.
Вслед за движением руки Мёнхуна головы всех присутствующих дружно повернулись в сторону Исук. Та неловко улыбнулась и замахала руками.
– Надо же, какой вы шутник! Точно приживетесь в нашей команде! Кстати, я здесь главная сценаристка. Надеюсь, мы с вами сработаемся!
Все вокруг не понимали, шутит ли Мёнхун, но в конце концов весь офис залился смехом. Само собой, кому в здравом уме могла нравиться такая девушка, как Исук?
«То есть вот так, да?»
Мёнхун, приподнимая одну бровь, усмехнулся и откинулся на спинку стула.
Исук напряженно поглядывала на Сончжэ, пытаясь понять, что он чувствует. Он ведь не злится? Исук не сделала ничего плохого. Но ситуация все же казалась странной. Сончжэ сидел, уткнувшись в монитор ноутбука, и не обращал внимания ни на Мёнхуна, ни на Исук.
– Исук, пойдемте вместе!
С того дня Мёнхун прекрасно играл роль невинного студента-стажера и всюду следовал за Исук. Будь то совещание, перерыв на обед, рабочие встречи или поход за документами в архив. Он прицепился к ней и ни на секунду от нее не отлипал, оправдываясь тем, что ему стоит многому у нее поучиться.
– Ты думаешь, я не понимаю, что ты делаешь это специально?
– Так ты знала!
– Признайся, ты же не просто так сюда пришел, да? Сончжэ тебя пристроил?
– Вообще-то это заслуга Чжонгю-хённима.
Теперь-то Исук начала понимать. Чжонгю, Сончжэ и Мёнхун учились в одном университете. Да и большинство директоров телекомпаний – выпускники университета Хангук. Исук это не нравилось. Она поняла, почему Сончжэ испытывал неловкость в день, когда пришел Мёнхун. Тот наверняка попросил Чжонгю пристроить его к ним в команду, но даже не удосужился поговорить об этом с Исук или Сончжэ! Ох, как же Исук злилась на него! Но суть проблемы даже не в этом.
– И чего ты хочешь? Тебе доставляет удовольствие издеваться надо мной?
– Я ведь предупреждал, что сделаю так, чтобы ты постоянно обо мне думала!
– Да ты хоть понимаешь, что я с твоим хёном…
– Что у тебя с Сончжэ-хёном?
– …
– Вот видишь, даже ничего объяснить толком не можешь.
Исук понимала, что между ней и Сончжэ что-то есть. Она ощущала, что уже близка к финишной прямой на этой дистанции. Но объяснить, что конкретно между ними происходит, она не могла, потому что все еще не была уверена в том, что они теперь официально встречаются.
По сути, ничего не изменилось. Они каждый день виделись на работе и даже провели ночь вместе, пусть и в разных спальнях. Но они даже ни разу не ходили на свидание. И все их разговоры обычно сводились к работе или к тому, что с ней связано. Разве что теперь они с Сончжэ обменивались пожеланиями спокойной ночи каждый вечер. Но это было простое «спокойной ночи, до завтра!». Наверное, этого недостаточно, чтобы смело заявить, что Сончжэ парень Исук.
«Нужно было в лоб спросить: мы ведь теперь встречаемся, да? Чтобы он четко осознал, что ты уже пометила свою территорию, что теперь он твой».
Внезапно Исук охватила легкая паника. В памяти всплыли слова, сказанные Канок и Бомин. И если бы она знала, что окажется в такой нелепой ситуации, она бы обязательно сразу задала Сончжэ заветный вопрос. Но сейчас уже слишком поздно спрашивать, это может показаться ему двусмысленным.
– Хотя бы прекрати делать вид, будто мы с тобой друзья. В конце концов, мы на работе. И еще, как бы сильно ты ни старался, ты не интересуешь меня как мужчина, ясно тебе? – Исук отвернулась, не желая продолжать разговор. Мёнхун должен понять, что она настроена серьезно.
На протяжении тридцати лет ни один мужчина не проявлял к Исук никакого интереса, а тут сразу двое! Да еще и родственники! Бывает же такое…
