Тогда Исук не очень-то понимала его, но сейчас, кажется, наконец осознала смысл слов Сончжэ. В любой ситуации он винил себя, анализировал случившееся, но держал себя в руках, не показывая, что чувствует на самом деле. Исук обычно завидовала его самообладанию, а сейчас задумалась, имеет ли она вообще право заставлять такого человека страдать? Ее разочарование в нем постепенно трансформировалось в сожаление.
Сончжэ по привычке потянул руку к волосам Исук, раньше он всегда гладил ее по голове на прощание, когда провожал домой. Исук невольно сделала шаг назад, и он быстро убрал руку.
– Что ж, увидимся завтра, тебе пора. – Сончжэ указал на приближающийся автобус.
Исук хотела что-то сказать, в ее голове роились мысли, которые она просто не могла собрать в кучу. Поэтому просто молча зашла в транспорт, подгоняемая гнетущей атмосферой.
Они с Сончжэ расстались, и именно Исук провела между ними незримую границу. Когда она смотрела на него, машущего ей на прощание, в окно, ей казалось, что они все еще на одной волне. Исук долго не могла отвести от него взгляд. Она очень сильно по нему скучала.
– Подружаня! Готова меня поддержать?
На подходах к дому Исук встретила Канок. Та припарковала машину у обочины и все это время ждала Исук.
– Ты что тут делаешь?
– Пытаюсь тебя похитить!
– Ты вообще в порядке?
– Жива, но душа давно покинула тело.
Исук молча посмотрела на подругу с грустью в глазах.
– Ладно, садись быстрее, поедем за Бомин. – Канок открыла дверь машины.
С того самого вечера, как Бомин пришла просить денег на операцию у Канок, они не обмолвились и словом друг с другом.
– Отвали. И после всего этого ты считаешь себя моей подругой?
Бомин за это время успела уволиться из кафе и бурно отреагировала на приезд Канок, но того и стоило ожидать.
– Хорошо, в таком случае с сегодняшнего дня я не буду твоей подругой, стану твоим кредитором! Быстрее садись! – Бомин и Исук одновременно глянули на Канок, до конца не понимая, что происходит. – У меня не осталось ничего, кроме денег, – добавила она, нажимая на газ.
Они мчались по шоссе, пока посреди ночи не приехали на остров Кодже-до[52]. Их приветствовала лишь кромешная тьма и шум волн.
Дремавшие в пути Бомин и Исук, выйдя из машины, не могли скрыть удивления. А Канок спокойно доставала чемоданы, собираясь в забронированный ей пансион.
– Ты с ума сошла? Нам же завтра на работу!
– Да, сошла. Поэтому, может, помолчите и просто пойдете за мной?
– Мы ведь могли поехать куда угодно, но почему именно Кодже? Какого черта мы притащились в такую даль?
– Мне и хотелось свалить куда-нибудь подальше! Но мне и без того одиноко, а вы единственные люди, которым я могу доверять.
Подруги долгое время не виделись с Канок и только сейчас начали замечать, что все, что ей пришлось пережить за эти недели, отразилось на ее лице. Канок открыла вино и разлила его по бокалам.
– Давайте выпьем!
– Есть какой-то повод? – Бомин тревожно посмотрела на Исук.
– Канок, с тобой точно все хорошо? Я надеюсь, ты не собираешься сделать ничего странного, да?
– Помните вот эту вещицу? – Канок достала из сумки белое шифоновое платье.
– Божечки, ты до сих пор хранила его?
Исук с Бомин по очереди выхватывали платье друг у друга из рук, прикладывая его к телу.
– Эх, оно и тогда казалось маленьким, а сейчас выглядит еще меньше. Пора выбросить его! Никто из нас никогда в жизни в него не влезет. – Бомин бросила платье Канок, но та поймала его с гордым, торжествующим видом.
– Мы сможем его надеть. Наденем обязательно!
– Эй, прекрати. Если ты собираешься заявить, что сошьешь такое же, но на четыре размера больше, лучше просто сразу порви.
– Нетушки! Я заплачу за ваши операции, вы сделаете пластику и наденете его! – Канок достала банковские книжки и протянула по одной каждой из подруг. Вот что она имела в виду, когда говорила, что станет их кредитором.
– Что?.. И мне тоже?! – Уголки губ Исук медленно приподнялись.
А вот Бомин больше всего удивила сумма, которая значилась в книжке.
– А что насчет процентов? Сколько ты с нас будешь брать?
– Не тупи, а? – Канок с улыбкой опустошила бокал.
– Канок, с тобой и правда что-то не так… Если ты делаешь это только из-за инцидента с Хёнхо, то не стоит! Даже если весь мир обернется против тебя, мы, несмотря ни на что, всегда на твоей стороне, ты же знаешь. Поэтому, очень тебя прошу, не вздумай…
– Почему ты считаешь, что со мной что-то не так? Неужели решила, что это мой прощальный подарок перед тем, как я сделаю с собой какую-нибудь глупость?
Исук промолчала, но на самом деле именно об этом она и думала. Канок казалась совершенно другим человеком, вела себя не как обычно, ее поведение пугало. Исук не знала, что она может сделать с собой в таком нестабильном состоянии, но поднимать эту тему совсем не хотелось.
